Наклоняется ко мне и улыбается, обнажая белоснежные зубы с чуть выступающими клыками. Ощущение, что Туманов готов вонзиться в мое горло и осушить меня до последней капли, спасаясь от жажды и тридцатиградусной жары. Но он лишь мажет по мне обволакивающим взглядом, боковым зрением цепляет стоящего неподалеку инспектора - и мгновенно меняет тон:

- А если серьезно, мне взятку ему нужно дать, а нечем, - снизив громкость и убавив пыл, шепчет мне на ухо, подпаливая кожу жарким дыханием. - Портмоне с картами и деньгами, видимо, у меня украли. И права там же остались, - от игриво-нахального настроения не остается и следа.

Адам опять злится, зыркает на эвакуатор, ворующий «его прелесть», и в меня стреляет синим взором с адскими желто-карими языками пламени.

Встрепенувшись, молча высвобождаю руку, все еще сжимающую проклятые права, поднимаю - и перед грозным лицом карточкой взмахиваю. Разворачиваю так, чтобы Туманов фамилию и фотографию увидел. И судорожно сглатываю, наблюдая за реакцией.

- Откуда? – на выдохе спрашивает удивленно.

Одним механическим движением резко выхватывает у меня карточку, проверяет, крутит в руке, а потом ко мне внимание возвращает.

- Вы потеряли в фитнес клубе… - не договариваю я, потому что Ваську прикрываю. Не хватало еще, чтобы посторонний мужчина орал на мою дочь из-за какого-то куска железа. Дорогущего, признаю, но все-таки не настолько значимого, чтобы ребенка пугать. – Я случайно увидела.

- Почему не отдала сразу? – смотрит с подозрением, но хватку ослабляет.

Делает шаг назад, и через небольшой зазор между нами пролетает вихрь, но порыв ветра не охлаждает меня. По-прежнему горю, и от жара дрожать начинаю, как в лихорадке. Прилипшее к телу платье одергиваю, сокрушенно осознавая, что презентабельный вид оно потеряло.

Пока Адам нагло рассматривает меня, отвлекаясь, я панически размышляю, что солгать о правах. Но из машины в нас с Адамом неожиданно летит по-детски наивно и непривычно мило:

- Привет, дядь, – просто зовет его Вася, чуть высунувшись из машины. Насколько ремни позволяют. – Вот, держи, - бесцеремонно обращается к нему, будто они сто лет знакомы. А Туманов совершенно не спешит делать ей замечание.

Вместо него это собираюсь сделать я, но мы оба вдруг замираем, уставившись на портмоне в маленькой ручке. До последнего надеюсь, что оно не Адаму принадлежит, а, допустим, папа мой поиграть дал. Он внукам многое позволяет, балует их.

Василиса улыбается вымученно, виновато и максимально очаровательно, становясь на Ксю похожей. А ведь она редко признает свои ошибки.

- Откуда? – вновь повторяет Адам, словно на сегодня весь словарный запас у него исчерпан.

- Василиса, - предупреждающе зову дочь полным именем. И это значит, что я крайне недовольна ее поведением.