"

"— Я хотела отравить Николетту Йорк, но вместо неё яд принял мой муж, Карл Второй, — казалось, королева приняла правила игры и действительно не увиливала, отвечала по существу, не плакала и не молила о пощаде, но ещё не вечер, не так ли? — То была простая случайность…

Молодой монарх ненадолго прикрыл веки, но как-то комментировать подобную ""случайность"" не стал.

— Вы знали, что именно затеял Гедо Сурейх? Какие шаги он собирался предпринять после своего освобождения.

— Не сразу… Со временем он поделился своим желанием вернуть в наш мир истинного Властелина.

Отказать ему я не могла, меня крепче цепей держали данные когда-то клятвы. Более-менее свободно смогла вздохнуть, когда Хозяин, хм… Сурейх, — быстро поправилась она, артефакт всё это время горел мягким светло-зелёным светом, значит, допрашиваемая не лгала, — вселился в тело принца Ликонии. Я всей душой желала Гедо проигрыша… Понимаю, мне нет прощения, я готова принять любое твоё решение, сынок…

— Я ведь попросил, никаких отступлений, — нахмурился Его Величество.

Аманида молча склонила голову соглашаясь.

— Ты знала, что своим сосудом изначально Сурейх выбрал меня?

— Д-да, — прошептала женщина, она по-настоящему, вовсе без игры, разволновалась. — Не сразу узнала, но да…

— Чёрный колдун занял бы моё тело и растворил мою душу в мировом эфире, без права на перерождение. Вот такую судьбу он уготовил твоему единственному ребёнку, — в голосе короля отчётливо звучала горечь.

— Прости… — Её Величества затряслась и разрыдалась.

— Ульрих требует возмездия за всё, что пришлось перенести его сыну по вашей вине. Если бы не вы, матушка, ваша ложь, жадность, недальновидность…

Я бы сказала проще — тупость.

— …Аскале не грозила бы война с сильным противником в лице Ликонии. Признайся вы во всём раньше, сразу же, как скончался отец, вам бы грозило только заточение в святости, я бы позаботился обо всех удобствах, вы бы ни в чём не нуждались. Сейчас же… Мне нужны имена всех тех людей, чьи сердца были вырезаны.

И женщина начала перечислять. Удивительно, она помнила каждого. На двадцатой жертве я окончательно перестала видеть в Аманиде человека… Она монстр! Чудовище в людском обличии.

— Ваши действия ослабили нашу страну настолько, что у нас почти не осталось талантливых целителей, пусть и неистинных. Всевышний отвернулся от Аскалы, когда вы стали убивать невинных и приносить их в жертву древней мрази. В довесок к перечисленному, единственный за многие десятилетия светлый истинный маг уплыл прямо из-под моего носа из-за многих непредвиденных обстоятельств.

Ага-ага. Сам себе злобный Буратино. А обвиняет какие-то обстоятельства.