– Честно, честно? – похлопав ресницами, совсем по-детски пролепетала Вика, а я тихо рассмеялся, сообразив, что она знатно переборщила с вином.

– Честнее некуда, – кивнул я и, чмокнув мою пьяненькую жёнушку в нос, пообещал: – Я докажу.

– Тогда начни прямо сейчас, – отведя взгляд, попросила Вика, а я вскинул брови и усмехнулся.

– Да не проблема. Есть особые пожелания?

Вика помялась, а её щёки густо покраснели. Пару минут она молчала, то ли собираясь с духом, то ли подбирая слова, а потом посмотрела мне в глаза и уверенно произнесла:

– Да. Хочу настоящую брачную ночь.

ГЛАВА 29

Виктория

Глаза никак не хотели разлепляться, голова гудела, жутко хотелось пить, зато моя совесть проснулась гораздо раньше меня.

Испанский стыд! А я всего лишь хотела немного расслабиться, набраться храбрости и довести дело до логического финала. То есть до постели со всеми вытекающими, а в итоге…

Наклюкалась, как никогда в своей жизни. Стыдоба! Сладкое вино местного изготовления оказалось с подвохом. На языке раскрывалось терпкой сладостью и ароматами винограда и чего-то пряного, а по факту мой мозг превратился в кисель невероятно быстро.

Пытаясь вспомнить события прошлой ночи, я завозилась, но тут же почувствовала спиной горячее тело и невольно вздрогнула. Ощущения были сравнимы с ударом тока. Кожа к коже, именно так мы лежали с Денисом, а его тёплое дыхание щекотало мне шею. Тяжёлая рука обнимала меня за талию, а длинные пальцы касались низа живота.

Распахнув глаза, первое, что я увидела, было моё свадебное платье и вуаль. Наряд аккуратно висел на спинке кресла, но комнату я узнала не сразу. Так и не смогла вспомнить, как мы оказались в большой спальне, но слегка завядшие лепестки, рассыпанные на полу и кровати, подсказали, что локация была выбрана и подготовлена заранее.

Плотные шторы были задёрнуты, но лучи солнца, пробивающиеся в щёлки, подтверждали, что восход был не менее, чем пару часов назад. Окно было приоткрыто, и лёгкий ветер колыхал завесу, но со двора доносился лишь шелест листвы, приглушённый звук прибоя и щебетание птиц.

Денис не двигался и дышал медленно и глубоко, а мне вдруг захотелось сбежать. Как?! Ну скажите, как я могу смотреть ему в глаза после того… А после чего, собственно? Ведь последнее, что я помнила, – это как прошу его о брачной ночи и лживых признаниях.

И ведь он признался!.. Это я помнила чётко. Не задумываясь, признался в любви, и заверил, что это правда. А я? Что было потом? Ещё я помнила наш страстный поцелуй на краю утёса, после которого воспоминания резко обрывались.

Осторожно приподняв одеяло, я обнаружила, что спала не совсем голая. Трусики всё ещё были на мне, и, хотя пальцы Дениса по-хозяйски расположились под резинкой белья, судя по всему, близость между нами так и не случилась.