Народ без дела не сидел: копья собраны и увязаны вместе, на телах не осталось ни одного предмета, в котором имеется хотя бы грамм металла. Сняты шлемы и пояса, лучшие нагрудники тоже стянуты, пусть даже в них нет ничего, кроме укрепленной кожи. И правильно – ведь кожа плотная, толстая, защиту дает приличную, земляне такую выделывать не умеют. Поклажа отряда серьезно выросла, но это тот случай, когда жалеть спины не стоит.

Ваксы возвращались неспешно, и морды у них были невеселыми, хотя ранены далеко не все. Должно быть, настроение испортилось из-за бегства лодки – туземцы, удравшие первыми, успели до нее добежать и оттолкнуться от причала.

Троглодиты вроде плавать умеют, но в такой ситуации это не очень-то поможет.

Да и не все из них отличные пловцы.

Волосатые остановились шагах в семидесяти. Нетипичная для них дистанция: обычно последний рубеж у ваксов раза в два ближе. Видимо, несмотря на увлеченность боем, успели заметить, что земляне умеют эффективно наказывать издали, и желания подставлять шкуру не испытывают. Маловато их осталось на ногах, поневоле приходится осторожничать.

Ваксы смотрели на людей, люди на ваксов.

– Может, из ружья пульнуть, – нервно предложил Грач. – Они такого пугаются.

– Ты уже пульнул, снайпер хренов, – беззлобно процедил Киря.

– Наведите на них и ружья, и арбалеты по счету «три», – приказал Рогов. – Один, два, три.

Товарищи дружно вскинули оружие, людоеды при этом так же дружно вздрогнули, а некоторые даже попятились."

"– И правда боятся, – ухмыльнулся Киря. – Если пульнуть в воздух, побегут как пришпоренные антилопы.

– Пришпоривают лошадей, – встрял Толик.

– Не умничай, ничего ты не понимаешь в антилопах.

– Порох и пули переводить только в крайнем случае, – напомнил Рогов.

– Ты это Грачу говори, остальные не забывают.

Один из дикарей, небрежно помахивая трофейным топором, обернулся к остальным, громко забубнил.

– Что он говорит? – спросил Рогов, ни к кому не обращаясь.

И без обращения понятно, кто должен отвечать, но тут случился облом – Кэт медленно покачала головой:

– Далеко, я только отдельные слова различаю. И не все из них понимаю, у них тут свой диалект. А может, просто из-за того, что плохо слышно. Вообще не понять, он будто в нос говорит.

И слова другие, первый раз такие слышу, ничего похожего не припомню.

Дикарь, умолкнув, развернулся и, не сводя взгляда с землян, пошел прочь, направляясь вдоль берега. И что интересно – дороги не видит, но шагает быстро и не спотыкаясь, хотя камней на пути немало валяется.

Остальные ваксы, постояв несколько мгновений, потянулись за ним, тем самым показав, что он здесь самый главный, поперед такого никому нельзя рваться – правила на этот счет четкие, исключения делаются лишь для шаманов или при прямом приказе.