– Мужики, вам больше некуда гранаты девать? Короче, кончайте от пустой звон. Мы встаём, не стреляйте – свои мы, зуб даём!

– Ну не знаю… – засомневался «Фома неверующий». – Все свои здесь, в лесу… Вы же, на немецкой дрезине…

– Напрокат взяли…

– А куда прежних подевали?

– Под насыпью отдыхают, парой километров южнее… Надоело ногами ходить, проехаться решили.

– Ладно, поднимайся, но только один, и руки повыше держи.

Сердце билось как барабан, Шубин медленно поднялся с задранными руками, ловя взгляды лежащих товарищей: с интересом моргал Кошкин – выстрелит не выстрелит?

– Мужики, это Шубин! Он в нашем полку взводом разведки командовал! – взвыли в лесу.

– Точно он! Он со взводом в Краснухе остался – наш отход прикрывать. Петруха, смотри, это же он!

Из кустов выбежал мужчина в телогрейки и с немецким автоматом, у него было смутно знакомое лицо – где-то виделись, но хоть убей не вспомнить! Показался другой – улыбка на чумазом лице расползлась до ушей, выходили ещё какие-то люди, не уверенно улыбались. Приподнялся Лёха Кошкин, шмыгнул носом, поморгал, за ним стали остальные стали слезать.

– Ба, да вас тут целое войско! – похвалил коренастый мужчина в телогрейки без пуговиц.

Он подошёл, слегка прихрамывая, протянул руку: – Капитан Лагутин, 849-ый полк, соседями был. Сейчас смешалось всё – из разных частей ребята, а всё равно не хватает людей."

"– Дошли до наших, товарищ лейтенант! – засмеялся Шперлинг. – Точно по адресу прибыли, точнее некуда! А мы уж думали, что никогда не дойдём.

– На хрена вы путь взорвали, капитан? – спросил Глеб. – Да ещё так ювелирно, что он фактически не пострадал.

Засмеялись красноармейцы.

– Как можем, так и взорвали, – насупился Лагутин.

– Мы сапёрных институтов не оканчивали… А что вы постоянно шастайте туда-сюда, лес обстреливаете, народ пугаете?

– Мы? – под дружный смех уточнил Шубин.

– Ладно, не вы… какая разница, – Лагутин раздражённый отмахнулся и тоже засмеялся. – Так давайте живее вытряхивайтесь из своей дрезины и уходим, не хватало ещё, чтобы и немцы к нам приклеились.

– Товарищ лейтенант, а можно гранату внутрь брошу? – спросил Курганов, выбираясь из люка. – А то, жалко это хозяйство немцам оставлять. К тому же там мертвец шевелится…

– Батюшки!.. – взялся за сердце Кошкин.

– Умеешь ты напустить страха, Олег. Уверен, что он мертвец?

– Теперь точно будет, – проворчал Курганов, бросил в люк колотушку и спрыгнул на землю.

Дрезина подпрыгнула, из открытого люка вырвался столб дыма…

– Пошли, пошли! – торопил Лагутин. – Чует моё слабое сердце, что скоро волчья стая слетится…

С Лагутиным было шестеро: трое из 845-го; трое из 849-го полков.

– Обходим окрестности, – объяснил он походу выдвижения. – Есть сведения, что немцы начинают тотальную зачистку захваченных территорий.