Это было в самом начале, я чувствовал себя молодоженом и не хотел измены…

Анетта глотнула слюну.

— Во второй раз было хуже, — задумчиво произнес он, — потому что я был охвачен пылкой страстью к ней.

— Ты хотел изменить?.. — с трудом выдавила она из себя. — Нарушить супружескую верность?

— Я так не думал. Просто я был влюблен в нее или очарован ею, не знаю точно.

Она задала типично женский вопрос:

— Как ее звали?

— Биргитта. Она была очень хороша собой. Нет, я вовсе не хотел нарушать супружескую верность. Но теперь мне ясно, что к этому все бы и пришло, если бы этот процесс развивался дальше.

— Что же остановило этот процесс?

— Щенок, Тролль. Она в ярости пнула его ногой — и все мои чувства к ней умерли. Вскоре после этого произошли другие события, после чего связь с ней стала невозможной.

Анетта невольно погладила Тролля. Микаел сдержанно наблюдал все это.

— А то, что касается мужских потребностей, это правда? — поинтересовалась она.

«Ты уже спрашивала об этом, — подумал он. — Ты совершенно выбита из колеи!»

Чтобы поддержать ее и их шаткие отношения, он сказал:

— Если ты имеешь в виду меня, то ты должна знать, что я никогда не стану оказывать на тебя давление.

Вопреки строгому религиозному воспитанию, в Анетте была чисто французская непосредственность и юмор.

— Теперь мне ясно, что ты не откажешься от своих прав! Я так и думала!

— Я знаю, — ответил он и ласково погладил ее по щеке. — Нам следует подождать немного. Но, честно говоря, я не прочь и сейчас: пять лет воздержания: срок немалый.

— Ты можешь приходить, когда захочешь, — торжественно произнесла она, но по ее искривившимся губам он увидел, что это обещание стоило ей многого.

— Благодарю. Но пока это рановато. Мне хотелось бы, чтобы нам обоим это было нужно.

— Хорошо, я могу…

— Что же ты не продолжаешь?

Она скомкала в руке маленький носовой платок."

"— Я думаю о Доминике. Конечно, вы можете обменяться комнатами, но если он проснется и войдет к нам… Это было бы ужасно!

«Да нет же, Анетта, — удрученно подумал он. — Вопреки всему, нам предстоит прожить вместе всю жизнь!»

— У него есть здесь товарищи?

— Он обычно играл с сыном тети Марки в Мёрбю. Они были одногодками. Но мальчик умер.

— Понимаю, — мягко произнес он. — А старший мальчик? Могли бы они поиграть вместе?

— Пожалуй, — помедлив, произнесла она. — Доминик мог бы пожить там пару дней… какое-то время, — торопливо добавила она.

— Да, какое-то время. Я понял, что если человек не уверен в том, нужно ли ему делать то или иное, он, как правило, не делает этого, Анетта… Я не хочу, чтобы это было с твоей стороны жертвой.

— Ты не должен думать так! Я готова встретиться с тобой.