Было очевидно, что здесь никого не было с самого его отъезда. Господи, как он мечтал прийти сюда и увидеть посреди этого огромного ложа Мелисанду, прекрасную, как Афродита, в пене из кружев. Он видел в мечтах, как она обрадуется и протянет к нему руки…

Потеряв способность соображать, он в бешенстве обернулся. И вдруг, увидев дверь в примыкающую к спальне комнату, понял, что ведет себя как дурак. Конечно же, она должна быть здесь, а не в его кровати. Они мало знают друг друга, и ей неловко спать в его кровати, во всяком случае, до тех пор, пока он, ее муж, сам не принесет ее сюда."

"Открыв дверь в соседнюю комнату, он вошел туда. Эта комната была меньше, и вся ее обстановка говорила о том, что она предназначалась для женщины. Именно здесь появлялся призрак, который никогда не существовал, разве что в разыгравшейся фантазии женщин. Покрывало на кровати было слегка смято, но и здесь никого не было. И тут он увидел ее. Девушка стояла в тени, на ней было длинное белое платье, которое закрывало ее от подбородка до кончиков пальцев на ногах. Ему не удалось разглядеть ее как следует, но он заметил, что она очень бледна и испугана. Кого она боится? Его?

""Черт, конечно, она боится”, — подумал он, шагнул вперед и остолбенел. Это была не Мелисанда. Это была совершенно незнакомая ему девушка, и она посмела находиться в спальне его жены, словно имеет на это право, и смотреть на него как на преступника или даже на убийцу. Он остановил поток своих мыслей.

— Кто вы такая, черт вас возьми? — Его самого удивило спокойствие, с каким он задал этот вопрос. У него тревожно забилось сердце в предчувствии беды; ему пришлось поставить свечу на прикроватную тумбочку, чтобы скрыть дрожание своих рук. — Я спросил, кто вы такая? И какого дьявола вы здесь находитесь? И где Мелисанда?

— Мелисанда находится этажом ниже, в западном крыле. Ее спальня, кажется, называется Зеленой.

У нее был испуганный голос — высокий, тонкий и дрожащий.

— Я не знаю вас. Как вы здесь оказались? Девушка шагнула вперед, и он увидел, что она пожимает плечами. При тусклом свете свечи было видно только, что она небольшого роста, хорошо сложена и что у нее густые темно-рыжие волосы, длинными локонами спадающие по спине и плечам.

— Я спала здесь.

— Но вы не Мелисанда.

— Нет, — сказала она, — я — Александра, и я ваша жена.

Услышав такую нелепость, Дуглас рассмеялся:

— Вы не можете быть моей женой, дорогая, потому что я никогда в своей жизни не видел вас. Скорее всего, вы — или жена Тони, или одна из его многочисленных любовниц.

— Мы встречались, милорд, просто вы не помните меня. Мне было тогда всего пятнадцать лет, и вы не замечали никого, кроме моей сестры.

— Да, и я женился на ней.

Из спальни Дугласа донесся громкий стук в дверь.