— Будь проклят этот ее роман!

— Дуглас, твоя речь становится все беднее. Пожалуйста, успокойся. Ничего не случилось, правда…

Он снова встряхнул ее:

— Мало того, что ты не слушаешься, ты еще и лжешь. Как ты смеешь, Александра? Как ты можешь лгать мне?

""Нет, — подумала она, — нельзя, чтобы он узнал о том, что произошло в книжном магазине”.

— Я встретил Хезерингтона, — сказал он и приготовился услышать очередную ложь, которую исторгнут ее уста.

— О-о, — только и смогла сказать она, сделав робкую попытку улыбнуться. — Хезерингтон не мог знать в точности, что произошло. Просто это был человек, который…

— Это был Джордж Кадоудэл, и он собирался увести тебя.

— Как ты узнал?

— О, Господи, спаси меня от глупых женщин. Александра, твои крики на французском были слышны по всему Лондону. Я встретил и другого человека, которого ты даже не видела, и он тоже рассказал мне о твоем оглушительном “merde”. Об этом уже знают все, и я почти уверен, что в самом скором времени на меня посыпаются визиты людей, жаждущих поведать мне про в высшей степени странное поведение моей жены.

— Я говорила не только это, Дуглас.

— Да, знаю. Завтра ты уезжаешь в Париж вместе со своим мужем.

— На помощь я звала тоже по-французски.

— И еще кое-что, — сказал он, уже начиная оттаивать, но вдруг остолбенел, так как в этот момент она вытащила из ридикюля пистолет.

— Я взяла его с собой. Не так уж я глупа, Дуглас. Этот человек не смог бы причинить мне вреда. Я тщательно подготовилась, прежде чем уйти из дома. Мне наскучило здесь сидеть, пойми, Дуглас, пожалуйста. Мне было скучно и хотелось развлечься. Все прошло как нельзя лучше. Его попытка не удалась. Я тоже хорошенько ударила его романом Синджен. У него не было шансов.

Дугласу только и оставалось, что смотреть на нее. Она так гордится собой, маленькая негодница. Она полностью убеждена в своей правоте. Она — сама бесхитростность и невинность. Против такого человека, как Кадоудэл, у нее было не больше шансов, чем у цыпленка. Он забрал у нее пистолет, ужаснувшись от мысли, что эта штуковина могла быть направлена против нее, и тихо, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты.

Александра смотрела на закрытую дверь.

— Ему стоит немалых усилий держать себя в руках, — сказала она, ни к кому в особенности не обращаясь.

К обеду он не пришел. И ночью она была тоже одна.

* * *Они выехали из Лондона следующим утром в восемь тридцать. Летний туман, точно холодным одеялом, плотно окутал весь город и отпустил их только, когда они выехали на дорогу, ведущую на юг.

Дуглас молча сидел рядом с женой. Она как ни в чем не бывало читала этот проклятый роман Синджен. Таинственный граф. Какая несусветная чушь. Он вспомнил, как Синджен рассказывала ему про его греческие пьесы, и вздрогнул.