Одним из элементов, который заставил меня захотеть работать с этой командой smokejumping, было их принятие и уважение к каждому человеку. Несмотря на то что были стандарты, которые нужно было выполнить и перевыполнить, и они подталкивали нас к совершенству, они понимали, что у каждого есть свой процесс, который нужно пройти. Однако я знаю по опыту, что больше времени на размышления не помогли бы PB в этой ситуации."

"Наблюдая за ней, я как будто видел себя в зоне прибоя в начале моей второй Адской недели, похожий на оленя, застывшего в сиянии мчащегося восемнадцатиколесного транспорта. По пустоте в ее глазах я понял, что ей уже не так весело и что этот прыжок пугает ее, но некоторые страхи нужно побеждать немедленно. Единственное, что могло помочь ПБ в тот момент, - перестать думать, посмотреть страху в глаза и все равно прыгнуть. Когда она отступила и предложила мне занять ее место, я покачал головой.

""Не делай этого дерьма. Держи свою задницу у чертовой двери и перезагружайся"". Мое ругательство разрушило заклинание, и мы закрыли глаза. ""Если ты застынешь сейчас, это повторится, но уже там, наверху, когда все будет по-настоящему. Так что, когда доберешься до двери, как бы страшно это ни было, посигналь, чтобы выплеснуть адреналин. Сосредоточься на горизонте, и когда тебя ударят по спине, выпрыгивай отсюда из рогатки"".

Она кивнула, решительно встала на позицию, сделала глубокий вдох и крикнула: ""Все ясно?!""

""Приготовься"", - ответил инструктор, и в тот же миг, когда он ударил ее между лопаток, PB превратилась в пушечное ядро.

Мой стиль руководства в Форт-Сент-Джоне был хамелеонским. Для некоторых моих сокурсников я был их лекарем. Другим я давал жесткую любовь в трудную минуту. Я соревновался с лучшими спортсменами, чтобы сделать их еще лучше, и по ночам принимал звонки от тех, кто не думал, что доживет до выпускного. Но я не уверен, что многие понимали, что я тоже рисковал не попасть в число избранных из-за определенного навыка, который я буквально не мог освоить.

В отличие от военных парашютистов, которые почти всегда прыгают в местность с небольшим количеством естественных препятствий, дымовым прыгунам приходится приземляться в узких зонах падения (DZ). В наземной школе нас учили искать запасные варианты, если были допущены ошибки или ветер изменил направление, а основная DZ остается недосягаемой. Бывают моменты, когда вы просто не можете попасть в DZ, а с лесом во всех направлениях неизбежно, что в тот или иной момент мы приземлимся на деревья, и никто не придет спасать наши болтающиеся задницы. Именно поэтому мы проводим тренировки по срыву.

Каждый из нас носил 150 футов нейлоновой тесьмы в одном из ножных карманов. Это была наша аварийная спусковая веревка.