И мне ничего не остаётся делать, кроме как расслабиться и развлечься вместе с остальными гостями, которых собралось не меньше тридцати человек. Что-что, а шумные вечеринки, будь то именины или свадьба, Черновы умеют организовывать лучше всех.

— Майя, давай держаться вместе, — предлагает Жанна, взяв меня за руку.

— Давай, — киваю в ответ.

Времени до захода солнца остаётся не так уж и много, поэтому из планов на сегодня — это прохождение верёвочного парка, который расположен на деревьях на высоте чуть выше двух с половиной метров. И катание на питбайках по бездорожью.

Всё остальное — завтра.

Нацепив на себя страховочную систему и защитную каску, я внимательно слушаю инструктаж и поднимаюсь по лестнице. Сначала всё кажется простым и понятным, но, как только я оказываюсь в начальной точке, то чувствую как трясутся коленки и спирает дыхание.

— Хорошо, что ты первая, — с облегчением вздыхает Ромашина.

Я ступаю на деревянные доски, установленные на расстоянии друг от друга под разным наклоном. Они опасно пошатываются и скрипят, словно вот-вот подо мной провалятся. И хотя я прекрасно знаю, что максимально защищена от падения и травм, адреналин шпарит на максимум и создаётся впечатление, что моя жизнь буквально висит на волоске.

— Если я сорвусь и сломаю себе шею — то ты просто спасуешь. Прекрасный план, Жанна, — хвалю подругу.

— Прости, я вынуждена стараться пройти дорогу максимально красиво и изящно.

— А-а, ясно. А зачем?

Проследив за взглядом Жанны, я понимаю в чем собственно дело. Присосавшись губами к горлышку бутылки и стоя внизу у дерева — за нами наблюдает Титов. Уже без каски и защитной системы. Прошедший испытание в кратчайшие сроки одним из первых.

На его лбу блестят капли пота, а грудная клетка всё ещё высоко и часто вздымается.

Вова допивает воду, бросает бутылку в траву и опирается спиной о дерево. Скрестив руки на груди и запрокинув голову, слегка прищуривается.

Я отворачиваюсь и продолжаю дорогу, крепко цепляясь в верёвки и стараясь не выдать того, что Титов немало меня волнует. Даже сердце заходится."

"— Я думала, ты остыла, — негромко обращаюсь к Ромашиной, что следует за мной по пятам.

— На празднике из одиночек только я и Вова. Кого мне ещё клеить?

Хочу спросить, обязательно ли это, но вовремя прикусываю язык.

Следую дальше, понимаю, что страх сорваться с высоты неожиданно пропадает — стоит мне только сместить фокус внимания.

— Логично.

— Вот и я о том же, — хмыкает Жанна. — Нет, ну если Ян всё-таки не приедет, то ты тоже будешь считаться одиночкой.

Перехожу к следующему этапу, переключаю карабин.

— Он приедет, — резко осекаю Ромашину. – Немного позже.

Возможно мне только слышится, но в спину долетает недоверчивое: «Ну-ну». Я вспыхиваю от злости и ускоряюсь.