Провожу кончиком языка по каждой выпуклой венке, задеваю уздечку дразня и играя, пока ладонь Яна не опускается на мой затылок и требовательно не давит вниз с одним-единственным глухим, но пронзительным: «Соси».

Моё белье насквозь мокрое, движения — усердные. Я окружаю губами головку, вбираю член максимально глубоко — до тех пор пока он не упирается мне в нёбо. Перед глазами искры, отчётливая ругань мужа звучит ещё пошлее и порочнее.

Я ласкаю языком всю длину, глажу пальцами нежную кожу мошонки. Слюны много, но удовольствия — не меньше. Концентрированное возбуждение окунает в похоть и топит с головой.

Как только думаю, что жизнь могла сложиться иначе — нервная дрожь проходится вдоль позвоночника. Хочу с ним, для него. Навечно.

Ян мягко перебирает пальцами мои волосы, задаёт ритм. Коротко и тихо постанывает. Ему нравится всё, что я делаю судя по рваному дыханию и увеличивающемуся в размерах члену.

Потому что с любовью.

Он прерывает меня спустя мгновение, ловко переворачивает на спину и меняет позу. Теперь я лежу, а он возвышается надо мной и стягивает с бёдер короткие шорты вместе с трусиками.

— Дай тебя трахнуть, — настойчиво просит.

Я шире развожу ноги, опускаю ладонь на лобок и скольжу ниже. Ожидаемо, что там потоп. Я сразу же это почувствовала.

Глаза Яна загораются, ярко вспыхивают и блуждают по всему телу. Кадык нервно дёргается, а губы снова и снова воспроизводят грязные ругательства.

Он хочет выебать. Скорее, сейчас.

Каминский не выдерживает и опускается сверху. Направляет в меня член, одним резким рывком заполняет собой.

Я громко стону, обвиваю ногами его бёдра. Закатываю глаза от восторга, глажу лопатки. Затем перемещаюсь и зарываюсь пальцами в непослушные густые кудри на затылке.

Мы поженились спустя неделю после судьбоносной конференции. Никому не сказав, никого не предупредив. Просто тихо расписались и одели те самые кольца. Связали себя узами брака не под чьим-то влиянием, а по взаимной любви, когда осознали, что друг без друга не то, что сложно – нельзя.

Вспоминаю это и активнее льну к мужу. Обхватываю ладонями колючие щёки, целую в губы. Сначала нежно, затем сплетаясь языками и улетая от ощущений."

"Наши тела со звонкими шлепками бьются друг о друга. Каминский зацеловывает меня всю, словно съесть хочет. Прикусывает подбородок, царапает щетиной шею. Накрывает губами соски и сладко их облизывает, вызывая новую порцию дрожи и приближая наступление ошеломительного оргазма от которого меня подкидывает на месте.

— Хочу быть глубже в тебе, — произносит Ян, закидывая мои ножки себе на плечи.

Мой мозг – желе. Каминский толкается на максимум. Горячий, неутомимый. На его лбу поблескивают капельки пота.

— Ты и так глубоко во мне, — сразу же отвечаю.