Если Ирина захочет, конечно.

— Не обязательно в романтическом смысле, Ирин, — говорил Александр, мягко и спокойно улыбаясь. — Пока можем просто общаться, узнавать друг друга, а там посмотрим. Я лично никуда не спешу.

И Ирина просто не смогла ответить «нет, не стоит». То ли струсила, то ли не захотела обижать хорошего человека, то ли ещё что-то. Да и приятно было, честно говоря. Она ему — про своё больное сердце и инвалидность, а он — про поддержку и дальнейшее общение без всяких претензий по поводу своего неопределённого статуса. Замечательный человек… Даже жаль, что влюбиться в него у Ирины не получится.

А потом необходимо было сдавать анализы и готовиться к госпитализации, что требовало всего имеющегося в распоряжении времени. И вновь разговор с Виктором пришлось отложить до менее загруженных дней… Да и не соображала Ирина ничего, не представляла, что ему сказать. А сам Виктор ни о чём не спрашивал. Несмотря на то, что возил по лабораториям и клиникам, где Ирина проходила обследование, да и в больницу, в которую её собирались госпитализировать сразу по окончании каникул, они ездили вместе. Виктор говорил только на медицинские темы, ну или о чём-то отвлечённом. А о случившемся в новогоднюю ночь — нет. Ирина даже, грешным делом, засомневалась: уж не приснилось ли ей…

Но чуть позже она заметила взгляд Киры Алексеевны — врача, которого им порекомендовал Андрей Вячеславович, — направленный на Виктора, и… замерла от неожиданного осознания. Во-первых, в этом взгляде Ирина заметила желание женщины назвать мужчину своим. А во-вторых, Ирине показалось, что Кира и Виктор знакомы. Может, не близко, но знакомы, и чуть более чем «шапочно». Не зря ведь называли друг друга на «ты».

Ревность… Ирина уже и забыла, что это такое. Последние двенадцать лет никого не ревновала, ни одного из своих временных партнёров. И расставалась без всяких сожалений. А тут вдруг представила, что Виктор и Кира вместе, — и сразу плакать захотелось. И сердце заболело…

Нет, она не стала ничего обсуждать с бывшим мужем. Во-первых — слишком унизительно. Во-вторых, смысл спрашивать его об отношениях с Кирой? Ирина ему сейчас никто, не имеет она права задавать подобные вопросы. И в-третьих, Виктор ведь сам сосватал её Александру. Может, потому и сосватал, что с Кирой познакомился, начал строить планы на совместную жизнь? Но зачем тогда было проводить новогоднюю ночь с Ириной? Мог бы оттолкнуть, сказать: «Прости, я встречаюсь с другой женщиной». Хотя… он ведь уже изменил однажды. Что мешает сделать это ещё раз?"

"Ирина чувствовала: её рассуждения несправедливы, но ничего не могла с собой поделать. Она была обижена. И да, ревновала ужасно.