"

"- Говорила! Мне кажется, он специально надо мной издевается!

- Будь хитрее!

- Хитрее?! - восклицает она, - На что ты намекаешь? Ты же знаешь, что я ему даже пальцем прикоснуться к себе не дам!

Ржу, не сдерживаясь. Моя охрана непонимающе переглядывается.

- Может, поэтому он и не хочет тебя с собой брать? Злится, что ты холодна с ним?

- Лёнь! Я не такая! - всхлипывает артистка, - В последнее время я только о тебе думаю. Не могу же я с ним...

- Яська.... - отчетливо слышу по голосу, что ссыт в штаны прямо сейчас, - Не надо обо мне думать! Думай о том, как на свободу выбраться!

- Я думаю! Но вчера он не ночевал дома! И если сегодня не приедет.

Уже еду, милая. Спать не ложись.

- Если приедет, попробуй ещё раз поговорить с ним. Дави на жалость и будь послушной и нежной. Это твой последний шанс, Ясь.

- Послушной и нежной... - повторяет со стоном, - Меня тошнит от него.

Бурлящая кровь разъедает вены, а сердечная мышца генерирует адреналин лошадиными дозами. Усталость и сонливость как рукой снимает. Такая реакция на бабью тупость бесит и закручивает воронку ещё сильнее.

Удавить охота.

- Адам Викторович, всё в порядке?

Словив внимательный взгляд Паши, старшего моей личной охраны, киваю.

Промочив горло водой, запускаю вторую запись. Турчанка звонит ему сама с вполне конкретными вопросами.

Где её будет ждать машина и какая именно.

Надежный ли человек водитель.

Куда он её увезет и как далеко это место находится от города.

Сколько дней она там пробудет и каким способом сможет уехать из страны.

Наш агент отвечает четко и по делу, всё, как мы обговаривали раньше.

Турчанка настроена более, чем решительно.

Запись обрывается. Я вынимаю наушники из ушей и смотрю в окно.

М-да. Гены просто так не сотрешь - девчонка копия своего отца. Чем больше Турка давишь и загоняешь в угол, тем сильнее он огрызается. И эта такая же - будет сопротивляться, пока не сломаешь.

Машины въезжают во двор. Я выхожу и, застегнув молнию куртки под горло, закуриваю. В окне второго этажа тонкий силуэт. Ждет.

Даю указание водиле по поводу завтрашнего выезда, заслушиваю короткий доклад охраны и, избавившись от недокуренной сигареты, иду в дом.

- Привет! - встречает ласковое у порога.

Переступая с ноги на ногу, заискивающе улыбается, сучка.

Я молча раздеваюсь, скидываю обувь и прохожу мимо нее, хватая по пути порцию чистого запаха.

- Тебя вчера не было, - лепечет, следуя по пятам, - Дела, да?

- Скучала? М?...

Поди сутки, стоя на коленках, молитвы читала, чтобы меня черти в ад утащили.

- Волновалась немного. Иван молчал, как рыба.

- Вот как?

Иду в кабинет, чернявка следом. Знала бы, какой котел она внутри меня вскипятила, вылетела бы отсюда пробкой.

- Да.