Будь моя воля, я бы пошла учиться на повара. Но бабуля считает, что я достойна лучшего.

Ага. Лучшего… Как же. Вспоминаю минувшую неделю и невольно хмурю брови.

Нет, я не питаю иллюзий. Будучи всю свою жизнь изгоем, мне даже в голову не приходит, что в университете хоть что-то изменится. Я — реалист и понимаю, куда влезла. И что таким, как я, там никогда не найдется места, я понимаю тоже. Но, знаете, одно дело — терпеть нападки, когда ты сам по себе… И совсем другое, когда за этим всем дерьмом наблюдает парень, на которого ты запала. Вот почему меня это задевает так сильно. Пробивает броню, проникает внутрь и сжимает сердце до легкой тянущей боли. Мне горько от того, что Кит стал свидетелем моего каждодневного унижения. Даже если мне ничего с ним не светит… Это все равно невыносимо.

— Ева? А мы тебя потеряли. Уже все началось! — заглядывает в кухню Лика.

— Сейчас. Мне немножко осталось. Я тут…

— Да вижу-вижу! Опять в кухню нос сунула?

— Моя вина, — заступается за меня Юрий Саныч, — Я не успеваю. Мне обещали шесть конфорок. А по факту их только четыре! Хорошо, хоть духовку свою привезли.

— Я разберусь, — обещает Лика. — А как в целом?

— Карамель немного подгорела. Тебе не кажется?

Лика снимет пробу с протянутой ей ложки и качает головой из стороны в сторону:

— Нормально. К тому времени, как мы будем подавать эти пирожные, наши ребята уже так ужрутся, что не отличат твою карамель от собственного дерьма. Клянусь, я видела на столе в гостиной следы от кокса…"

"Сворачиваю последний рулетик. Ставлю тарелки на поднос и готовлюсь выйти в зал. Ребятам нужна моя помощь, а Юрий Саныч мне уже вряд ли что-нибудь поручит. Только начало вечера, а мои ноги гудят так, что я не знаю, как доработаю. Возможно, скоро мне придется признать, что я не какой-нибудь супергерой. И мне тоже требуется отдых.

Но пока я бодрым козликом скачу из универа на работу, а потом еще на одну, убеждая себя, что отдыхать буду на том свете.

Обхожу собравшуюся толпу, улыбаюсь учтивой, заученной улыбкой. Предлагаю напитки, убираю мусор и использованные салфетки. Я занята, сконцентрирована на работе, которую привыкла делать хорошо. И, наверное, поэтому далеко не сразу замечаю, что вокруг — знакомые всё лица… А может, так происходит от того, что в университете я вообще стараюсь не поднимать головы, и у меня не было шанса запомнить их.

У одного из столов перехватываю Лику.

— Слушай, а за чей счет этот банкет? Кто оплачивать будет? — парадируя Ивана Васильевича, который меняет профессию, интересуюсь я, старательно игнорируя сжимающую сердце тревогу.

— Михаил Карасев заказчик. Слышала о таком? Он из самой администрации президента! Только никому, лады?

— Угу…

Я сглатываю, окидываю взглядом собравшуюся толпу и натыкаюсь как раз на того самого… Карася.