По тому, как дергается его кадык, я понимаю, чего ему стоит держаться. Кит то и дело сглатывает собравшийся в горле ком, но, похоже, тот с каждой минутой становится только больше.

— Дыши, — шепчу я в который раз за этот безумный вечер. Кит всхлипывает, качает головой и, улыбаясь сквозь слезы, садится рядом."

"— Я тут подумал, что если буду называть тебя Китом, Яська не допрет, что ты ее отец, — вдруг замечает Женька будто бы между делом. И мы с Китом замираем, понимая, что за этим должно последовать.

— И? — не выдерживает Никита, глядя сыну в глаза.

— И я подумал, что, если ты не против, я буду тоже называть тебя папой… — Он даже не успевает договорить, потому что Кит перебивает его чуть более громким, чем следует:

— Я не против! Вообще-то я только за… Я…

Потревоженная громкими звуками, Яська куксится. Крохотное личико кривится, а с губок-бантиков срывается тихий писк. Кит замолкает. Смотрит то на нее, то на меня, то на Женьку… Опускается рядом с ним на колени и обнимает сразу нас всех.

Конец"