Она поправила галстук мужа, потом взяла его под руку и подвела к экипажу. У самой дверцы остановилась и, обернувшись, посмотрела на Оливию и Конора:

– Надеюсь, вы будете счастливы здесь. Увы, я не была. Алисия села в экипаж, и ее муж тотчас же уселся с ней рядом. Экипаж покатил по дорожке, завернул за угол дома и исчез из виду. Орен же вдруг рассмеялся, глядя на Харланов, садившихся на своих лошадей, чтобы последовать за экипажем Вернона. Посмотрев на Конора, он сказал:"

"– Эти двое – как пьяные. Никогда не видел, чтобы кто-нибудь так бил кулаком, как ты, парень. Они, наверное, так и не поняли, что с ними произошло.

– Надеюсь, все-таки поняли, – ответил Конор. – И надеюсь, они запомнят этот урок надолго.

– Да, кстати… – Орен опустил ружье, поскольку Харланы уже удалились. – Кейти велела передать, что вы приглашены на ужин, когда приедете за девочками.

– Спасибо. Мы скоро будем, – с улыбкой сказал Конор.

Орен кивнул и, забравшись на козлы, щелкнул поводьями. Фургон тут же тронулся с места и вскоре тоже исчез из виду.

Оливия внимательно посмотрела на мужа. Она вспоминала его слова, вспоминала, как он сказал Вернону, что считает своей эту землю, считает своими девочек и ее, Оливию. Но ей хотелось услышать от него самое главное.

– Конор, ты меня любишь? – прошептала она. Неожиданный вопрос застал его врасплох. Немного подумав, он пробормотал:

– Оливия, ты упустила свой последний шанс избавиться от меня. Я остаюсь – со всеми моими недостатками и со всеми моими дурными привычками. Я не уеду.

Она покачала головой.

– Я спросила тебя не об этом.

– Я постараюсь не ругаться при девочках, но могу сорваться. Тебе придется просто привыкнуть к этому. А если у меня будут ночные кошмары, то не пытайся меня будить. Просто обещай держаться в стороне, пока все не пройдет.

– Да, конечно, но…

– И еще… – перебил он, глядя на нее с вызовом. – Я никогда не хожу в церковь, так что не надейся.

– Я и не говорила, что ты должен ходить в церковь. Но, Конор…

– И если я захочу, то буду курить сигары и не откажусь от виски. Если мне время от времени захочется выпить капельку, то я и выпью. И никаких нравоучений на следующее утро…

– Я не об этом, Конор! – воскликнула Оливия, потеряв терпение. – Скажи, ты любишь меня?

Он раскрыл рот, словно собирался что-то сказать, но так ничего и не сказал. Оливия внимательно смотрела на мужа, пытаясь понять, что означало странное выражение, появившееся у него на лице. Возможно, это был страх. А может – и любовь. Или и то и другое одновременно?

Внезапно Конор схватил ее за руку.

– Я хочу тебе кое-что показать. – Он потащил ее по двору, направляясь к старому сарайчику Нейта, где хранились инструменты.

У двери он остановился и выпустил ее руку.

– Там есть кое-что… – Он умолк, внезапно смутившись.