Большую половину столов в зале занимали немолодые пары, пришедшие на хорошую кухню. Дима, впрочем, пришел сюда за тем же — за откровениями гастрономическими, а не душевными.

Меню не подавали: оно было составлено заранее. Официант принес воду и объяснил, как будет проходить ужин. Им предстояло попробовать несколько закусок, потом насладиться горячими блюдами, а закончится ужин удивительными десертами. От сомелье Крапивин отказался, предпочел ориентироваться на свой вкус и попросил на аперитив сухое шампанское.

— То есть, права выбора у нас нет. Что принесут, то и будем есть, — усмехнулась Катерина.

— Примерно так. Не могу представить, что нас ждет сегодня.

— Ты же был здесь.

— У них меню обновляется каждый месяц.

— Ясно.

— Что ты так нервничаешь? — насторожился Дима.

— Я не нервничаю, осматриваюсь, — соврала Катя.

Взяв бокал, скользнула взглядом по залу: полы из дубовых досок, деревянные столы и стулья, покрытые звериными шкурами, широкие окна, белые стены. Аскетично, строго, сдержанно. Внимание Кати привлекла стеклянная стенка, сквозь которую можно было пронаблюдать таинство приготовления блюд.

— Ешь руками. Так положено, — предупредил Дима, когда перед ними поставили тарелки с закусками.

Взглянув на свою, Катя поняла, почему Дима так сказал. Закуски оказались совсем маленькими — ровно на один укус, чтобы взять двумя пальцами и положить в рот, обходясь без ножа и вилки.

— Горько, — шепнула, попробовав палочки из солода с можжевельником и с соусом, похожим на сметану. — Но прикольно. — Другого слова подобрать не смогла.

— Попей воды.

Готовясь к следующему гастрономическому эксперименту, отпила воды, и горьковатый привкус немного рассеялся.

— Жевать мох мне еще не доводилось. Очень необычно, но приятно, — посмеялась после очередной смены блюд.

Неожиданно, но жареный во фритюре шведский мох ей понравился. Хрустящий, с ореховым привкусом.

— Жуй и наслаждайся. Где еще такое попробуешь.

— Ой, не могу, вот что значит высокая кухня, — рассмеялась Катя.

— Концептуальная, — улыбнулся Дмитрий, поддерживая ее веселье. — Если б тебе не сказали, что это мох, ты бы даже не поняла, что ешь.

Блюда в зал выносили те повара, которые их готовили. Они рассказывали, из каких продуктов приготовлен тот или иной кулинарный изыск и как его следует есть. Катя не все понимала, поэтому Дима ей переводил.

— Наверное, за этот мох у них две звезды Мишлена.

— Не только за мох. И за копченое перепелиное яйцо, и за замороженный йогурт с датским ликером в соусе из кислого зеленого яблока с укропным маслом, и за креветок на льду, которых нужно есть живыми.

— Бог мой, — охнула Катя, имея в виду креветки.