Однако, сейчас всё внимание я направила на недовольно насупленного мужчину, который закрыв папку, встал и отчетливо произнес:

— Я думаю, кёрста Эгреж, нам пора.

Вот что значит — деловой человек! Я была несказанно рада, что «жених» понял все сразу и мне не пришлось углублятся в объяснения. Провожать гостей не пошли ни я, ни кёрста Тиан — обойдутся горничной. До момента, пока не хлопнула входная дверь и я, и гувернантка сидели, не произнося ни слова, а потом кёрста Тиан встала, опустила руки мне на плечи и сказала:

— Ты большая молодец, моя девочка. Ты просто умница!

Руки ее твердо держали меня за плечи, а на макушке я почувствовала короткий сухой поцелуй. Потершись щекой о кисть, лежавшую у меня на плече, я слегка сжала ее обеими руками и ответила:

— Какое счастье, кёрста Тиан, что вы однажды вошли в нашу жизнь!

— Я понимаю, что вы перенервничали, Элен, но тем полезнее для вас сейчас будет прогулка по парку. — С улыбкой заявила кёрста.

По сути, пусть и вытянув из меня немеряно сил, весь визит кёрсты Эгреж занял не более десяти-пятнадцати минут, и мы еще вполне могли успеть повидаться с Марселем. Кёрста Тиан была абсолютно права — нет смысла откладывать прогулку. Тем более, что вызванный горничной извозчик до сих пор дожидается нас.

Я поднялась на второй этаж, где Линк заканчивал показывать Эжен «Машу и медведя». Смирно сидящие на стульчиках малышка и бонна изображали восторженную публику в театре. В данный момент они радостно хлопали кукловоду. Я поцеловала сестренку, сказала, что погода прекрасная и пусть они с Моной идут гулять.

Вынув из кармана монетку, я протянула бонне со словами:

— Это вам на качели. Ну, и тебе на сладости, Мона. Только купишь себе что-то потом, не корми Эжен до обеда! Договорились?

Мона усердно закивала и повела радостную Эжен одеваться. Я сильно подозревала, что кроме тётушки Фок еще и она балует малышку — толстушка искренне была привязана к своей подопечной. Однако выдавать их маленькую тайну строгой кёрсте Тиан я не собиралась — по моему мнению сестренке долго не хватало в жизни радости и тепла, так что это — всего лишь компенсация. А чтобы она не перешла во что-то дурное — я прослежу лично.

— Пойдем, Линк. Грей совсем заждался нас.

— Гулять?! Значит, все хорошо? — брат требовательно заглянул мне в глаза.

Всю дорогу он выспрашивал меня. Его поразил и напугал визит кёрсты Эгреж. Линк прекрасно помнил прием в ее доме и содрогался от мысли, что, возможно, туда придется вернуться.

Колебалась я недолго, брату шел четырнадцатый год, не такой уж он бессмысленный малыш, чтобы стоило скрывать от него правду. Рассказ был долог и подробен, некоторые вещи он понимал не сразу, но в конце, когда мы уже подъехали к парку, он произнес фразу, которая меня очень порадовала.