— Тебе не надоело?

— Что? — сделала вид, что не понимаю.

— Противиться чувствам, — его глаза потемнели, он схватил меня за руку и больно сжал пальцы. — Вчера ты была совсем другой…

— Такой же, — со смешком покачала головой. — У меня нет никаких чувств, я не понимаю, о чем ты.

Но мы же договорились… наши признания остались там, в темноте…

— Я сказал, что жалею. А ты сходишь с ума из-за ерунды.

— Из-за ерунды? — туманно повторила я, силясь вырвать пальцы из его захвата. — Перестань об этом. Вечереет. Нам пора.

— Не говори, что ты передумала…

— А?

— Я о нас.

— Нет… то есть да. Нет нас, — прикусила язык и прикрыла глаза. — Мне кажется, это ошибка…"

"Может быть, мама по-своему права? Я просто глупая девчонка и эта дверь для меня закрыта.

— Это из-за того, что я привел тебя сюда? Так? — его голос стал еще жестче. Он сомкнул челюсть, играя желваками. — Неприятные воспоминания?

— Нет.

— Скажи честно.

— Честно, — вырвалась и побрела к кромке льда.

— Синичкина! Что за детский сад?! Потом же жалеть будешь!

— Переживу! — огрызнулась я. — Отдам тебе вещи завтра!

Я скинула коньки, надела ботинки и бросилась бежать домой, утопая в толстом слое снега, двигаясь наперекос, прямиком к прочищенной дороге.

Слышала, что Марк что-то с надрывом кричал вслед, но не оборачивалась.

Прибежала впопыхах, забыв, что вылезла через окно и мне не стоит показываться матери. Но я забежала домой, а там меня ждал сюрприз:

— Принцесса! — мать выскочила навстречу, доброжелательно раскинув руки. — Мы тебя заждались.

— А? — я шмыгнула замерзшим носом и двинулась на кухню, словно в тумане. И тут картина маслом:

Димка и его родители вместе с моим отцом, Аленушкой, Иркой и Олегом сидят за столом и угощается пиром на весь мир.

Они что-то празднуют и веселятся. Стол ломится от приготовленных блюд. Все нарядные, Дима и его папа в костюмчиках с галстуками. Мой отец смущенно отводит от меня глаза и откашливается.

— Иди сюда, Лиза, — Димка встал и отодвинул мне стул рядом с собой. — Присаживайся, девочка моя…

Глава 25

Правильное решение

Я сажусь на стул, и выразительно смотрю на папу, мол, что такое? Но он по-прежнему прячет глаза, а потом и вовсе накладывает большую порцию салата, опускает голову и занимается его поглощением, полностью забывая про меня.

Точнее — делает вид, что забыл.

— Опять не разделась, — деланно смеется мать, разводя ладонями, и помогая мне снять верх от зимнего костюма. Под ним у меня лишь футболка Марка. И тапочки домашние подкидывает, забирая ботинки. — Она последнее время такая несобранная.

— Что поделать, любовь, — смеется Ксения — мама Димки.

— Кушай, Лиза, — хозяйничает сам Дима, горочкой накладывая мне картофеля с мясом. — Давай, не стесняйся.