Вижу как на его лице появляется жесткая ухмылка. Не знаю как её расценивать. Он смеется надо мной? Мстит за что-то? Глумится….

— Ты совсем не стараешься, дорогая. — издевательски произносит он, и снова лезет к моей ширинке. — Придется вернуться к первоначальному плану. Этого хочешь?

— Нет. — отвечаю слишком поспешно, вызывая новый злорадный взгляд. — Я буду стараться… правда!

Обхватываю сильнее и веду рукой так, как он мне показал. Судя по его чернеющим глазам и учащающемуся дыханию, которое становится более шумным, это именно то, чего он ждет от меня.

На краю красной головки появляется белесая капелька, и я понимаю, что в этот раз делаю все правильно.

Ненавижу себя за это. Ненавижу его за то, что заставляет меня делать это с ним.

Кажется, все мои чувства и всё презрение к себе и к нему написано у меня на лице, поскольку он смотрит гневно, хватает меня за руку, не давая возможности продолжать, говорит жестко:

— Чего хмуришься? Не нравлюсь?

Опускаю глаза и ничего не говорю. Зачем что-то говорить, если все мысли у меня на лице написаны?

— Да, я не тот, кого ты хочешь, Таня. — спокойно говорит он, убирая мою руку со своего дергающегося и ждущего ласки ствола. После этого пренебрежительно отталкивает и зло цедит.

— Пошла вон.

Я не верю своему счастью и смотрю на него расширившимися от удивления глазами. Он отпускает меня? Правда?

— Чего стоишь? Проваливай сказал!

Быстро натягиваю штаны и запахиваю на себе разорванную футболку. Подхожу к двери, дергаю но не могу открыть. Помню что он запирал её на ключ."

"— Открой дверь. — тихо говорю, а сердце бьется как бешеное. — Пожалуйста….

Быстро срывается с места и идёт ко мне. Он так зол, что у меня создается впечатление, что сейчас меня ударит, но нет, хватает с пола свою футболку и натягивает её на меня. Сам молча одевает штаны, берет свою куртку и после этого открывает дверь.

Из комнаты мы выходим с ним вместе. Будь моя воля, я бы не согласилась, чтобы он меня провожал, но из-за того что боюсь, что передумает, терплю его общество и иду молча. Даже не верится, что он отпустил меня.

В зале по-прежнему много людей. На арене снова выступают какие-то люди. Я туда уже не смотрю. Страшно.

Вытаскиваю телефон и пытаюсь дозвониться до Машки, но её телефон выключен. Пытаюсь набрать Стасу, но кто-то выхватывает телефон у меня из рук.

Поворачиваю голову и вижу, как Кремень хмурится, забирая мой телефон, после чего поясняет спокойно;

— Я сам тебя отвезу. Не звони Стасу.

И многозначительно смотрит на меня. Пожирает глазами и мое лицо и волосы, и я вижу что хочет сказать что-то ещё, но не делает этого.

Зато мне самой нужно много чего ему высказать.

— Я с тобой никуда не поеду. Оставь меня в покое. говорю это негромко и опасаюсь смотреть ему в глаза.