А спать я после душа отправилась не одна. Сходила в гостиную, сцапала Колю, который угнездился там на ночь, и утащила к себе в спальню.

— Ты сегодня котик, — заявила я ему, легла в постель, устроила его рядом, словно плюшевую игрушку, обняла и удовлетворенно вздохнула.

— Дожились. Приличная нечисть становится заменой котику… — пробурчал он, но вырываться не стал. — Смотри не откуси от меня во сне кусок.

— Я не ем по ночам, — ответила я, не открывая глаз.

— Да-да, а ночная жрица, которая украдкой иногда ходит к холодильнику и жует котлетки и жареные куриные ножки, закусывая огурчиками, не включая при этом свет, это у нас так… посторонние личности в дом пробираются. Я Марьяну так и говорю.

— Трепло, — лениво обозвала я его. — Просто они вкусные. Блин! Вот зачем ты про котлетки? Все же хорошо было, спать уже легли. И я недавно ела.

На самом деле ела я мало. Кусок в горло не лез, и я плохо себя чувствовала.

— Марья-а-ан! — завопил вдруг Коля.

— Что? — донеслось издалека, из комнаты мага.

— Принеси этой обжоре котлету и соленый огурец, — крикнул Колобок. — А то она меня ночью слопает.

Марьян не ответил, но его смешок мы услышали.

А через несколько минут он принес мне в комнату поднос с едой. И там были не только котлета и огурец. Нет. И котлета была не одна. И соленый огурец не один. А еще хлебушек свежий. И сыр. И бекон. И сладкая горчица. И кувшин с морсом. И бутылка брусничной настойки, которую Марьян сам сделал.

В общем, мы с ним ели. Я — сидя на кровати, а он на полу, вытянув ноги. А потом я как-то незаметно так сидя и заснула. И проснулась уже утром, укрытая одеялом и без Колобка. А за окном светило яркое южное солнце и доносился шум волн.

— И-и-и… — обрадованно запищала я, осознав, что Мимоходом выполнила мою просьбу.

Путаясь ногами в одеяле, соскочила с кровати. Быстро переоделась в сарафан с короткой юбкой, сходила умылась и поскакала вниз.

Ну… поскакала — это слишком преувеличено. Чувствовала я себя после вчера не очень хорошо, странно даже, с чего меня так развезло. Вирус, что ли, какой-то поймала.

По стеночке, но довольно бодро я дошла до лестницы, соблюдая осторожность, спустилась и пошла на кухню. Именно оттуда доносились голоса.

— А вот и я красивая! — радостно заявила я, нарисовавшись на пороге.

— Яна, — кивнул Марьян, встал из-за стола, подошел и, подхватив под локоть, помог дойти и сесть. — Как ты себя сегодня чувствуешь?

— Янка, ты как? — подмигнул мне Коля, сидевший на столе.

— Ну так… Я, похоже, вчера заразилась каким-то то ли гриппом, то ли просто вирусом. Слабость, состояние — как пыльным мешком огретая. А еще снова ужасно хочу есть. Жор не проходит."

"— Это тьма, — сказал Марьян, выслушав мои слова. Встал и стал накрывать стол для завтрака. Уточнил: — Магия тьмы и смерти.