— Ну уж нет, ваше сиятельство. Я, пожалуй, с вами сверху посижу, — ответил Ярцев, доставая из бэхи РПГ. — Авось, на что-нибудь сгожусь, — хмуро добавил он.

Я с интересом посмотрел на Виктора Петровича, но ничего не сказал, только слегка кивнул и сосредоточенно уставился на ту сторону засеки.

Доклады прилетали со скоростью звука. Все они сводились к одному: медведь мчится изо всех сил именно в эту точку, из которой я его отправил.

Волк стоял рядом с БМП. Мое сосредоточенное и хмурое состояние передалось и ему: шерсть на холке встала дыбом, а на морде то и дело появлялся злобный оскал.

— Бэха, зверюга совсем близко. Сейчас выйдет на засеку, — сухо отчиталась одна из вышек.

И в следующую секунду медведь выскочил из лесной чащи. Он несся в нашу сторону как-то уж слишком резво, быстро перепрыгивая и перелезая через поваленные стволы. Некоторые из них он просто сносил на бегу своей мощной грудью.

Ярцев пристроился в сторонке от меня и водрузил на плечо трубу гранатомета. Пушка БМП навелась на цель."

"Я был уже готов отдать волку команду идти в атаку. Но что-то меня остановило.

Это было какое-то подсознательное чувство нереальности происходящего. Что-то в поведении медведя было не так. Я вдруг вспомнил, как он под градом пуль и снарядов шел на наши позиции всего пару часов назад. Оскаленная морда, дикий взгляд, зубастая пасть, из которой то и дело вырывались языки пламени. Утробное яростное рычание непрерывно оглашало окрестности. Тогда он шел как-то даже вальяжно, с осознанием собственной силы и превосходства. А сейчас он мчался с каким-то отчаянием, словно пытался куда-то успеть. От медведя не чувствовалось угрозы. Он не рычал, как бешенный, и не скалил свою огненную пасть. Он просто бежал, словно марафонец на дистанции, и неотрывно смотрел в одну точку.

Я услышал щелчок предохранителя гранатомета. Это Ярцев приготовился сделать залп. Он покосился на меня, ожидая, видимо, когда же я пущу волка в атаку.

Я поднял руку в останавливающем жесте. Ярцев тут же удивленно выгнул бровь. Но мне сейчас было не до этого.

Медведь смотрел на меня. Я ощущал его пристальный и вместе с тем какой-то потерянный взгляд.

— Не стрелять! — вдруг заорал я, спрыгивая с брони. — Отставить!

Подав команду волку, прикрывать меня немного спереди, я медленно двинулся в сторону медведя. Тот, заметив, что я направился к нему навстречу, внезапно остановился и глухо рыкнул, мотнув косматой головой. В его рычании не было угрозы, как и во всем его облике. Между нами сейчас было метров пятьдесят, не больше.

Я остановился, глядя на косолапого и пытаясь понять, что он задумал. Медведь, почувствовав мои сомнения, тут же плюхнулся на бок и задрал переднюю лапу, показывая всем своим видом, что он не представляет никакой опасности.