Мне известно о существовании только двух экземпляров этого предмета.

Вот тут я уже откровенно и весьма язвительно рассмеялся, глядя прямо в глаза Леопольду.

— И вы считаете, что я поверю в то, что у вас есть, как вы говорите, вещь, за которой охотятся все разведки мира? Вещь, за которую император, возможно, дарует вам графский титул и пожизненное содержание? И вы принесли ее мне, нищему отпрыску угасающего рода, чтобы устроиться ко мне на службу? Вы что, меня за идиота принимаете?

— Позвольте мне кое-что вам показать, ваше сиятельство. Это много времени не займет. — Примирительно подняв руки, ответил Леопольд. — Достаточно всего лишь дойти до моей машины. Если сомневаетесь, пусть ваш телохранитель сначала все проверит. Мне надо будет открыть багажник и показать вам его содержимое.

Я кивнул вопросительно поглядевшему на меня Ярцеву. Увидев этот жест, Леопольд развернулся и направился к машине. Оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что никто за ним не наблюдает, он наполовину приоткрыл багажник. Виктор Петрович, выставив вперед пистолет, заглянул внутрь, еще больше нахмурился, но ствол все-таки опустил, а потом кивнул мне.

Я подошел и осторожно заглянул в багажник. Там стояла небольшая клетка с толстыми стальными прутьями, внутри которой сидел уродливый муравей размером с кошку. Завидев меня, он заклацал жвалами и начал кидаться на клетку.

— Один из самых безобидных представителей фауны диких земель, — сухим профессорским голосом произнес Леопольд. — Его укус приводит лишь к временному параличу. Но, если парализованный человек упадет рядом с муравейником, то за час от него ничего не останется. Плоть пойдет в пищу, а кости скелета — в качестве строительного материала.

Внезапно, резким и умелым движением дворецкий открыл клетку. Ярцев резко вскинул пистолет и приготовился стрелять. Быстрым жестом руки я едва успел его остановить. Крайне потрясенный, я наблюдал, как муравей, не обращая абсолютно никакого внимания на руку Леопольда, попытался проскользнуть мимо нее к выходу их клетки. Дворецкий ловко схватил его в области грудной клетки и спокойно приподнял. Муравей пытался вырваться, цепляясь лапами за прутья, но ни в какую не хотел нападать на удерживающую его руку.

Леопольд с полминуты подержал цепкой хваткой беснующееся насекомое, затем быстро поставил его на пол клетки и выверенным движением закрыл дверь.

Закрыв багажник, он повернулся ко мне, затем бесстрастно расслабил галстук, расстегнул ворот рубашки и снял с шеи черный с красными прожилками амулет на толстой стальной цепочке.

— Вы не подержите, ваше сиятельство? — обратился он ко мне.