Передо мной стояли вкуснейшие блюда от чудесной Марфы Васильевны, которые я тут же начал с аппетитом поглощать. Порции теперь были гораздо больше. Видимо, сказалось то, что я в прошлый раз попросил добавки. Мне было приятно, что слуги так быстро подстраивались под мои нужды.

Утолив свой дикий голод, я откинулся на спинку стула и с интересом посмотрел на управляющего.

— Тимофей Федорович, ну как вам Ольга? Или еще не разобрались?

— Ольга Дмитриевна мне показалась весьма смышленой и расторопной девушкой, — деловито ответил управляющий. — Если честно, я не ожидал от нее такой прыти. Представляете, вчера сама организовала поездку в Трофимово ко вдове хозяина лесопилки. Пришла к казарме, обратилась к какому-то свободному бойцу, а тот отпросился у начальства и быстро свозил ее туда-обратно. И уж очень я за нее переживал, когда узнал, что ей плохо вечером сделалось. А уж как увидел, что вы с ней в добром здравии домой вернулись, так с легким сердцем и спать отправился.

— То, что она вам нравится, к-хм, в лучшем смысле этого слова, это очень хорошо, Тимофей Федорович. Но, несмотря на ее вчерашнее недомогание, прошу вас на первых порах особых поблажек ей не делать. И ни в коем случае не позволяйте ей из себя веревки вить. Но если она и дальше продолжит так же прилежно работать, тогда и похвала лишней не будет.

Я встал из-за стола и направился к выходу из столовой.

— Да, и передайте благодарность Марфе Васильевне. Все было очень вкусно, впрочем, как и всегда, — обернувшись на пороге, добавил я."

"Вернувшись в спальню, я переоделся в камуфляж и вышел из особняка. Погода была чудесная: на чистом весеннем небе ярко светило теплое майское солнце, деревья зеленели свежей листвой, а воздух был наполнен радостным птичьим гомоном.

Но сейчас мне было не до этого. В подвале казармы меня ждали два узника. И в данный момент мне позарез нужно было получить от них информацию, которой они явно не захотят так просто со мной поделиться. А чтобы их убедить ничего от меня не скрывать, я захватил с собой одну незаменимую в таких случаях вещицу.

Подойдя к казарме, я увидел Ярцева, стоящего у главного входа.

— Добрый день, Александр Николаевич, — поприветствовал он меня и энергично кивнул головой.

— И вам доброго дня Виктор Петрович. Как наши пленники?

— Спать хотят, — хмуро усмехнулся Ярцев.

— Так это и хорошо. Все расскажут, и, пожалуйста, спи, сколько влезет.

Мы вошли в здание и спустились в подвал. В дальнем правом его конце были оборудованы несколько камер.

— Пожалуй, начнем с бородатого, Виктор Петрович. Пусть его отведут в допросную. Она вроде бы рядом с камерами расположена?

— Все верно, ваше сиятельство. Сейчас сделаем.

Ярцев ушел в дальнюю часть коридора, а я остался ждать рядом с караулкой.