Бандиты, прикрывающиеся формой! Иначе как объяснить роскошную квартиру в таком фешенебельном районе?

Сердце бешено колотится в груди. Крышка ловушки захлопывается, и я оказываюсь наедине с двумя незнакомыми, но очень пугающими меня мужчинами.

— Нет, — неуверенно мотаю головой. — Если только стакан воды…

— Не пьёшь на работе? — тот, что старше, кажется, Александр, усмехается. — Уважаю твой профессионализм.

Смотрю на его белозубую улыбку, и понимаю, что он надо мной издевается. Ведь профессионализм шлюхи — совсем не то, что можно «уважать».

Пока я мучаюсь стыдом и внутренними метаниями, совсем не стесняясь меня, мужчина начинает расстёгивать пуговицы на форменной рубашке. Быстро стягивает её с широких плеч, и я смущаюсь ещё сильнее, замечая те самые кубики пресса, поглазеть на которые я так хотела, приняв полицейских за стриптизёров.

Щёки печёт, и я поспешно перевожу взгляд в потолок. Закусываю губы, продолжая нерешительно стоять возле двери. Пока мы ехали в лифте я видела алчный блеск в их глазах, и поняла: что бы я им не сказала, они меня не отпустят.

— Можешь смотреть, — Александр поворачивается ко мне, заставая врасплох. Играет мощными грудными мышцами, будто нарочно дразня меня. — Нравлюсь?

У меня от такого прямого вопроса перехватывает дыхание. Да, этот мачо-экземпляр, конечно, хорош, но… нравится ли он мне? Нет! Однозначно нет! Я не западаю на мерзавцев, и неважно, какие внешние данные скрывают их подлую сущность!

Моё молчание затягивается, а потом я просто пожимаю плечами.

— Что ж, — он подходит вплотную, упирает ладонь в стену позади меня, а другой рукой ловит подбородок, заставляя поднять его вверх. Мужчина гораздо выше меня, и я чувствую себя Дюймовочкой рядом с великаном. — Это для тебя неважно, правда? Тебе же все нравятся, у кого бабло есть?

Его слова ошпаривают меня, и я действую чисто инстинктивно. Рука взлетает вверх, а потом приземляется на покрытую колючей щетиной щёку.

Звонкая пощёчина разрезает воздух, и я застываю, гневно глядя ему в глаза.

— Я не проститутка! — цежу сквозь зубы. — Вы ошиблись! Я ехала на девичник!

— Не ошиблась? Точно не на мальчишник? — позади появляется Михаил. Он уже успел надеть брюки, в руках у него стакан воды.

— Это был мой девичник… — шепчу, мотая головой. — Как вы не понимаете, я скоро замуж выхожу!

— Сочувствую твоему жениху, — Александр, которого я только что шлёпнула по щеке зло прищуривается. — На блядях женятся только самые отчаянные.

От незаслуженного унижения у меня начинает дрожать подбородок. Сглатываю ком в горле, стискиваю челюсти.