И пока шинковала лук, всё время слышала голос герцога де Морвиля: «До вас я никогда не ел вкусно». Господи, как ж мужчина может растопить сердце женщины всего одной ничего не значащей фразой. А вот сказал – и сделал женщину счастливой. Знали бы эти недогадливые мужчины как просто нас осчастливить.

Даже предстоящая встреча с королевой отошла на второй план. Я чуть не мурлыкала под нос песенку, когда рубила курицу на порционные куски, и Эбенезер удивлённо посмотрел на меня.

- Что? – спросил я у него, и он пожал плечами, занявшись печкой.

Когда из курицы были извлечены все кости, я положила их в толстостенный горшок, залила водой и поставила на край печной плиты – пусть кипит медленно, чтобы получился крепкий ароматный бульон.

Я добавлю в него сельдерей и кусочек моркови, чтобы придать немного сладости, но это потом, часа через два. А пока я занялась куриным мясом, щедро посолив и поперчив его, посыпав рубленым чесноком, полив хорошим зеленным маслом и двумя столовыми ложками винного уксуса. Теперь мясу полагалось полежать в холодке час-полтора, чтобы напитаться вкусами и при обжарке сохранить сочность.

Интересно, какие дела у королевского маршала? Наверное, он руководит поимкой опасных преступников, вычисляет шпионов в королевском окружении, следит за безопасностью королевского дворца и… и… и тем более приятно будет вернуться домой, где ждут вкусный суп, сытное жаркое и кусок орехового торта на десерт.

Возможно, милорду де Морвилю захочется рассказать, как прошёл его день, я буду внимательно слушать, подам кофе, и это будет так похоже на семейный вечер… Такой простой, но полный очарования… Возможно, когда-нибудь нас ждёт настоящий семейный вечер… И если совсем мечтать, то Эбенезер отвлечётся, и тогда я успею поцеловать кое-кого…

- Собираетесь готовить луковый суп, леди?

От приятных мечтаний меня отвлёк голос Эбенезера.

- Да, луковый суп, - сказала я с улыбкой. – Давно мы его не пробовали, а?

- Давно, - сухо согласился наш верный слуга. – Но я ни разу не видел, чтобы вы готовили его с улыбкой.

- По-моему, вы становитесь занудой, - сказала я ему. – Милым, ворчливым занудой.

Эбенезер сердито задрал нос и удалился из кухни.

Я слышала, как он бродит по коридору и что-то ворчит себе под нос.

По-моему, он был недоволен тем, что масло в светильниках прогоркло.

Пока готовился бульон из куриных костей, и мариновалось мясо, я успела испечь кексы с тмином, сварила кофе и позвала Эбенезера на полдник.

Кексы удались на славу, кофе был отменного качества, и мы позволили себе насладиться спокойствием и роскошью, которой были лишены последние несколько месяцев.

- Ваш дядя очень любил такие кексы и кофе, - сказал вдруг Эбенезер и часто-часто заморгал.