Даже Аркадия взяла обратно свои слова — те, которыми утверждала, будто люди глупы и не способны произносить сложные слова.

— Это удивительно, но факт, — подтвердил Карл. — Дарина осваивает наш язык лучше, чем некоторые родовитые драконы.

— Все потому, что заклинания светлых магов подозрительно похожи… Похожи на слова, заимствованные из вашего языка, — заметила я. — Многое из того, что мы прошли сегодня, я уже слышала и проговаривала. Только в несколько искаженном виде.

— Хм… — многозначительно выдал Карл. — Почему-то я не удивлен. Если разобраться, у людей и драконов гораздо больше общего, чем можно представить.

Но не все мои подданные готовы признать этот неоспоримый факт.

— Боюсь, среди людей Светлого мира тоже найдется мало желающих, — скептически заметила я. — Но ведь в былые времена драконы и маги жили в мире. Тогда, когда еще не было стены и кровной вражды.

Карл надолго задумался, глядя куда-то вдаль. Как будто хотел рассмотреть нечто важное, срытое от взглядов истекшей рекой времени. А когда заговорил, голос его был печален:

— Стена — это не главное. Магический барьер вовсе не то, что разделяет нас.

Главный враг сидит здесь…

И он постучал указательным пальцем по виску.

Мне очень хотелось обсудить это. Отчего-то казалось: повелитель драконов знает о стене больше, чем маги Светлого мира. Но откровенный разговор был прерван появлением Моргаэлла.

— Господин… — растерянно проговорил он после низкого поклона. — К вам гости.

Карл удивленно вскинул бровь, а Моргаэлл покосился на Аркадию. Имя посетителя он сообщил господину шепотом и на ухо, так, чтобы ни дети, ни я не расслышали.

— Хорошо, приму, — не слишком радостно сообщил Карл и поднялся.

Мне показалось, он раздосадован тем, что его отвлекли. — Дети, ведите себя хорошо и не обижайте Дарину. Я постараюсь вернуться как можно скорее.

Моргаэлл услужливо придержал для него дверь, и вскоре оба скрылись за ней. До нас донеслись гулкие шаги в коридоре, но после стихли и они. Мы с дракончиками остались одни в зале.

— Мама, не волнуйся, я присмотрю за тобой, — совсем по-взрослому проговорил Максимка. — Тебя здесь никто не обидит.

И он тоже глянул в сторону Аркадии, как главного зачинщика всех безобразий в замке.

— Пф… Да я и не собиралась, — проронила девочка и едва заметным жестом поправила парик (которого, разумеется, не было).

— У меня есть более важное занятие. Эти древние руны ужасно тяжело пишутся.

Она вернулась к занятию, кажется, всецело погрузившись в него."

"— Спасибо, милый, — поблагодарила я Максимку и, притянув к себе, поцеловала в светлую макушку. — Приятно иметь такого защитника.

— Ох уж эти человеческие нежности, — фыркнул Микаэль, задумчиво пожевав кончик пера и бросив на нас с Максимкой пронзительный взгляд.