Но характерный «аромат» все равно плыл, пропитывая клюкву и чернику.

— Раки у нас крупнее будут, — наклонившись к моему уху, похвастался братец.

Будто лично их выуживал и выращивал.

Я улыбнулась его наивности. Те, что я приволокла из оазиса, были крупнее по одной простой причине. Продавать на рынке отборную продукцию никто не станет. Горожане от отсутствия альтернативы не разбираются в качестве, а я могу оценить и зеленоватые орехи, и погрызенные кем-то лисички.

Все, что получше, уже давно осело на столах знати. Сюда привезли остатки, что все равно собрали — не выбрасывать же!

Еще я обратила внимание на отсутствие извечных торговцев леденцами и сладостями. А когда спросила Кая, он вытаращился в уже привычном изумлении:

— Ты что?! Сахар, знаешь, сколько стоит? Чуть ли не дороже меда!

Я осознала, что до сих пор все десерты, что мы ели, были естественного происхождения. Тыквенные запеканки и каши, сухофрукты. Еще казалось все время, что пресновато. А оно вон в чем дело!

Буду иметь в виду в качестве запасного варианта, в какую сторону развивать дело. Пчел разводить затратно, а вот свеклу посадить сладкую — не так сложно. Если хорошенько уварить, сироп можно продавать за бешеные деньги. Наверняка здесь так и делают, но конкуренции немного, раз сахар все еще в цене. Насколько я помню, корнеплод довольно прихотливый. Малейший перепад температуры — и привет, жесткая сухая гадость."

"В конце прогулки нас ждала неприятная новость. Кай нашел распорядителя рынка, что в компании двоих стражников прогуливался вдоль рядов, поглядывая, как идут дела, и уточнил, что нужно для того, чтобы торговать по соседству.

Дородный мужчина смерил брата скептическим взглядом с головы до ног, особо задержавшись на потертых сапогах, и через губу выплюнул:

— Обратитесь в мэрию.

Следовавший за ним секретарь был более добродушен.

— Лучше не пытайтесь, ребята. Залог за ларек — двести фирнов, — с сочувствием в голосе прошептал он и поспешил за начальником.

Мы с Каем переглянулись.

То есть, чтобы начать торговать, тоже нужны деньги. Которых у нас нет.

Замкнутый круг получается.

Домой мы возвращались в подавленном настроении.

Я прикидывала, можно ли вытащить заначку из схрона. Там мешочки от бывшего наместника и его подручных, уж двести фирнов точно наскребется.

Только как объяснить ребятам происхождение этих денег?

Соврать, что продала часть улова? Но кому?

В знакомых у Тайринга половина города. Может, правда пристроить рыбку по знакомству? Пусть за треть цены, остальное добавлю — и дело с концом.

Не сразу поняла, что на нашем участке творится неладное.

Тесный дворик казался еще теснее от обилия взрослых мужчин, деловито суетившихся вдоль забора. Что-то измеряли, перекрикивались и спорили.

Тайринга и Вильды видно не было.