То есть…? Любит? Или это просто слова?

— Пообещай мне кое-что, малышка, — слышит Вера голос, которому сложно противостоять, — не верь каждому слову Клариссы. Включи мозг. Ты же у меня умная девочка.

— Это ты умный, — возражает Вера, — а я глупая малолетка.

— Ты моя женщина, Вера, — слышит Шустер в ответ. — Ключевое слово «моя».

Вера молчит. Вопреки скандальной ситуации, маячившим на горизонте разборкам и острому желанию идти наперекор всему миру, девушка чувствует то же самое. Платон — ее мужчина. Значит, пора принимать взрослые решения.

***

— Завтрак накрыт. Точно не хотите кофе?

Александр сама любезность, но по взъерошенному и сонному виду парня ясно, что он только что поднялся с кровати.

Вера замирает на пороге гостиной. Платон стоит рядом. Более того, не просто стоит, а крепко держит ладонь Веры в своей."

"— Я хочу покинуть этот дом как можно быстрее, а не пить твой чертов кофе! — рассерженно парирует мама и оборачивается в тот момент, когда Вера делает шаг вперед. — Ну наконец-то! Пахомов, я требую пояснений!

— Здравствуй, мама, — осторожно произносит Вера и чувствует, как от Платона исходят волны злости. — Как перелет?

— С тобой мы поговорим дома, Вера! Собирайся! — нетерпеливо роняет мама.

— Вера уже достаточно взрослая, чтобы решать, где ей находиться, — цедит Пахомов.

Вере приходится чуть крепче сжать мужскую ладонь в попытке призвать к спокойствию. Кричать сейчас бесполезно.

— Зная тебя, Пахомов, я очень сомневаюсь, что на Веру не оказано давление, — поджимает губы мама. — Ты совратил мою дочь. Принудил ее к сексу. Чем ты вообще думал, мерзавец?! Куда вообще смотрел Шустер, пока ты с моей дочкой кувыркался!

— Довольно, мама! — резко обрывает Вера монолог. — Нам всем нужно успокоиться и поговорить.

— Ты в зеркало посмотри, Вера! На кого ты похожа? Ты же выглядишь, как…

— А что не так? — искренне удивляется Вера.

— Что не так? — раздраженно возмущается Кларисса. — В мужской рубашке. Взъерошенная, будто…

— Вера выглядит как женщина, которая проснулась в постели с мужчиной, Кларисса, — рявкает Пахомов. — Вере двадцать лет. И к твоему великому разочарованию, я не насиловал Веру.

— А со стороны кажется, что с нее побои нужно снимать! — цедит мама.

— Саш, пойдем выпьем кофе, — негромко говорит Вера, понимая, что эти двое не собираются разговаривать спокойно. Им нужно проораться.

— А пойдем, — зевает Сашка.

Вера, вздохнув, переводит взгляд с рассерженной матери на разгневанного Платона.

— Когда надоест, присоединяйтесь, — выдает девушка и разворачивается, чтобы выйти из комнаты.

— Как скажешь, малыш, — бормочет Платон и мимолетно целует Веру в висок.

Шустер моментально краснеет. Этот краткий жест кажется очень личным, нежным, ласковым. Но таким, правильными, что ли.