– Нет-нет, у меня все есть, спасибо.

Я кивнула – в конце концов, эта женщина старше меня и наверняка в состоянии о себе позаботиться – и направилась в кухню.

Там уже снова все сверкало чистотой, а Руби пристроилась за столом и что-то писала, обмакивая в чернильницу металлическое перо.

– Покажи мне, пожалуйста, как ты разложила продукты, – попросила я.

Нет, я не хотела ее проверять – но надо же знать, где и что лежит на моей собственной кухне! Вдруг я захочу заморить червячка между делом, не поднимать же ради этого на уши всю прислугу.

Кухарка тяжело поднялась и начала показывать, а я старательно запоминала. Не по-моему, все не по-моему, но, если готовить ей, придется смириться.

– Спасибо, Руби, – сказала я.

Не удержавшись, глянула на листок. Тут же отвела глаза – некрасиво так себя вести, – но успела увидеть: «Яйца – 2 дюжины, 6 бит…»

Кухарка заметила мой взгляд.

– Это список того, что я купила сегодня, для графа Гиблрайта.

– Отдай мне, когда закончишь, – велела я, лихорадочно соображая, как бы перейти к вопросам о ее самочувствии, не спровоцировав при этом очередную волну заверений, что женщина «совершенно здорова».

– Простите, миледи, но я служу в особняке Гилбрайтов, и меня нанял граф, ему я и буду отчитываться.

Так…

– Сейчас ты в особняке Монро, и здесь хозяйка я. Поэтому ты отдашь мне этот список, как закончишь его.

На ее лице появилось упрямое выражение, и я добавила, подпустив в голос холода:

– Или можешь прямо сейчас возвращаться в особняк Гилбрайтов.

– Граф велел мне быть здесь.

– Хорошо, – не стала спорить я. – Будь здесь. Но к плите ты не подойдешь.

Я подняла руку, над ладонью повис прозрачный с переливами пузырь, похожий на мыльный. Слетев с руки, он упал на плиту, разросся и окутал ее куполом.

В учебнике это упражнение так и называлось «радужный купол». Насколько я поняла, щиты, барьеры и прочие разновидности охранных заклинаний строились на его основе. Конечно, тот, что создала я, ни одного мага бы не удержал, но без магии добраться до плиты было невозможно.

Так же методично я заблокировала «вечный ящик» и шкафчики с продуктами.

– Можешь расположиться в людской, – сухо произнесла я. – Она неподалеку от выхода на задний двор. Пойдем, провожу.

– Я сама, миледи, не утруждайтесь, – поджала губы кухарка.

Подхватив бумагу и чернильницу, она шагнула к двери и начала оседать кулем, так что я едва успела ее подхватить.

Нет, обморок не был притворным. Прислуге не годится лишаться чувств, это привилегия знатных дам, нежных и трепетных. Женщина оказалась намного тяжелее меня, и удержать ее по-настоящему не удалось, хорошо хоть вышло смягчить падение и чуть направить ее так, чтобы Руби не ударилась ни о край стола, ни о табуретку.

Я проверила пульс и дыхание – все в порядке.