Айгор выругался, уже никого не стесняясь, вытащил из-за пазухи последний листок.

– Все! Клянусь собственной жизнью, это все!

– Не клянитесь тем, что вам не принадлежит, – усмехнулся Ксандер, достал из кармана пузырек, вложил его в руку Айгора, накрыв сверху своей ладонью. – Забирайте. И завтра же с утра уезжайте из столицы, иначе в обед получите от меня вызов. Повод я найду.

Айгор схватился за пробку, руки его дрожали. Ксандер низко поклонился Люции.

– Прошу прощения, госпожа Сапфира. Но кто-то должен был восполнить пробелы в воспитании этого недоросля.

– Вы не целитель, вы убийца! – прошипела она.

Ксандер снова поклонился. Протянул мне руку. Я посмотрела на него снизу вверх, не торопясь опираться. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Не дожидаясь, пока я что-то решу, Ксандер сам взял меня за запястье, и снова мне на миг почудилось, как тепло пробежало по руке, кольнув нервы. Я дернулась, но вырваться не получилось

– Главное – не навреди14, – улыбнулся Ксандер, сдергивая меня со стула.

Сердце разом вернулось к нормальному ритму. Я ошарашенно посмотрела на мужа. Он издевается? Да я его просто убью!

Но прежде, чем я успела произнести хоть слово, муж выволок меня на улицу.

Глава 32

– Не было никакого яда, – сказала я, едва за нами закрылась тяжелая дверь дома. Выдернула свой локоть из руки Ксандера, ускорив шаг. – Магия. Ускорила ритм сердца, потом вернула нормальный. Айгор отвлекся, когда ты схватил его за ворот, а я просто не поняла, что за тепло пробежало по руке. Правильно?

– Правильно, – кивнул муж.

– Надеюсь, в той бутылке, что ты дал Айгору, слабительное?

– Ромашковый чай. За кого ты меня принимаешь?

Я развернулась к нему:

– За человека, на которого я очень зла.

Вместо ответа он сгреб меня в охапку, прижимая к себе. Я бесполезно дернулась раз-другой и потеряла охоту трепыхаться дальше, услышав тихое и почти виноватое:

– Лисенок, так надо было. Я блефовал, и, если бы он не поверил, приемлемых методов убеждения не осталось бы.

– Я бы не заплакала, если бы ты ему ноги переломал, – хмыкнула я, ткнувшись лбом ему в плечо. – Зарастил бы потом.

– Я сказал «приемлемых». Еще магию на него тратить!

– Магию тебе, значит, тратить жалко, а меня не жалко? Я чуть… – Я попыталась снова разжечь в себе злость, и снова она угасла, когда Ксандер прижал меня крепче и зарылся носом мне в волосы.

– Ты держалась потрясающе.

– Угу, особенно когда хлестала вино из горла, – буркнула я, заливаясь краской стыда. В самом деле, стоило бы держать себя в руках.– Если завтра я проснусь с похмелья и седой, это будет на твоей совести.

– Похмелье я тебе вылечу, а седину как-нибудь переживу. В конце концов, я намерен оставаться с тобой до тех времен, когда она все равно появится.