В любом случае, на крыше действительно прохладно. Не глубокая осень, но ветер задувает. Зато вид на город, кучу гирлянд-фонариков понавешали, красоту организовали.

Ужин на крыше, бля. До чего додумался. Но Ане нравится, очевидно, и это успокаивает. Алан, гад, кучу вариантов наготовил, мои безопасники узнали. Мне не хотелось повторяться.

– Не холодно? – не могу удержаться, прикусываю мочку уха. – Ань?

– Нет, всё хорошо.

– Замерзнешь – зайдем в купол.

Стеклянная байда, стоящая по центру крыши. Договорился, чтобы только одну оставили, всё остальное убрали. Этот вечер только для нас с куколкой, хочу насладится ею в полной мере.

– Хочу к краю. Можно ведь? – даже если нельзя, за такой бы взгляд всё разрешил. – Давид?

– Можно всё. Только если ты не вздумала полетать.

– Глупые шутки. Ты, правда, сам всё организовал?

– Ну, купол не строил. А так – да.

Зарабатываем плюски обманом. Нормальная тема, рабочая. Куколка дефилирует к краю, облокачиваясь на перила. Нежная, хрупкая. Свет ламп подсвечивает, выделяет стройную фигуру.

Следую за малышкой, опуская ладони рядом с её. Ловлю в капкан, пытаясь понять, что её так заинтересовало в ночном виде.

"А ещё – новость. Когда с девками привык доходить только до постели, то тем для разговоров не так много. Никогда не подбирал, а куколку по-другому не взять.

Только адекватных вопросов нет. Че спросить? В сотый раз про то «нравится ли»? Ну, за дебила сойду. О погоде? Супер, а завтра пояс верности нацеплю или в дурку.

– Вы не разобрались, кто такой номер семь? – Аня разворачивается, упираясь спиной в перекладину. Смотрит на меня, медленно моргает. – Кому это нужно было?

– Нет, в процессе. И по нему, и по поисках Димы.

– Мне уже всё равно.

– А мне – нет. Сопляк должен понять, что девочек обижать не стоит. А тем более аукционы невинности.

– Ты сам владеешь этим аукционом!

– И там всё добровольно, все знают, зачем пришли. Мужики мечты воплотить, девки – заработать. Без подводных камней. Ты первый косяк на моей карьере.

– Так может… Просто отпустишь? А то Диму вы наказывать собрались, на пару с Аланом, а сами принуждаете. Нечестно получается, Давид, очень нечестно. Потому что, тоже обижаете девочку.

– Так мы тоже выгребаем, от этой самой обиженной девочки. Которая носом крутит и шляется на свидания с другими. Понравилось с Аланом?

– Давид…

Кусает губу, опускает взгляд. И краснеет, блядь, снова краснеет. А почему, схрена ли? Что такого было на том свидании, что девчонка смущается? Злость раздирает, хочется утащить подальше и впечататься в её память сильнее.

– Давид, - повторяет моё имя, вздыхая. Касается ладошкой моих напряженных плеч, мягко ведет. – Я не обсуждала тебя с Аленом, и не буду его с тобой.