Едва ощущается своим весом, шумно дышит. И смотрит чуточку перепугано, когда прижимаю сильнее. Подтягиваю выше, чтобы лица оказались друг напротив друга.

– Стой! – Аня упирается ладошками, поднимая голову.

– Не спорь со мной. Не сейчас.

– Нет, я… Я могу задеть лезвиями случайно, если просто тащить. Сейчас.

Откровенно наслаждаюсь представлением. Ловлю этот кайф, впитываю его по капле. Потому что девушка реально делает всё сама. Медленно скользит по моему телу, подтягивая себя наверх.

Придерживаю чуть выше ягодиц, сдерживая порыв. Облапать, сжать задницу, вдавить в себя сильнее.

А ещё лучше – перевернуть девушку на спину, получая в свою власть.

Контроль, который сдерживал столько времени, трещит по швам. Но пытаюсь утихомирить желание, не действовать поспешно. Пока Анна сама ластится и позволяет, нужно ловить момент.

– Ты ужасно катаешься, - она улыбается и замолкает, когда касаюсь её лица. – Алан…

– Не порть момент, просто замри на пару минут.

– Ну знаешь ли…

– Знаю, ли.

Откровенно посмеиваюсь. Ощущения, что мне снова двадцатка. Потащил девчонку на свидание, выпендрился. А в итоге опозорился. Но роль несчастного иногда хорошо срабатывает, вот Анна даже не спешит сбегать.

Чуть возится на мне, проезжает грудью. Хорошо, однако.

Придерживаю её за талию, рассматривая потемневшие глаза. Дышит через раз, прикусывает пухлую губу. Замирает, когда провожу ладонью вдоль позвоночника.

– Тебе не холодно?

– Мне жарко, Анют. Мы ведь договорились, что ты лежишь и не двигаешься.

– Это ты так решил!

– Ну, тогда пойди на уступки пострадавшему. Я весь удар на себя принял, заслуживаю маленькой награды. Как дела в университете?

Перевожу тему, пока девушка не начала спорить и отстаивать свою независимость.

Хотя это нравится куда больше, чем её заикание пару дней назад. Никогда не была оторвой или дерзкой, но и не слишком молчаливой.

Нежный цветочек, у которого спрятаны шипы.

А там, на аукционе… Она и не она одновременно, новая грань открылась. Как и в ресторане, когда кончила от моих касаний. Касаний Давида. Охренеть как хотелось сломать ему лапы, чтобы не трогал Анну.

Не для него она, нихрена.

Я знаю, кому в итоге достанется девушка. И с кем будет. Осталось только самой Анне вдолбить это в голову. Чтобы даже не думала в сторону другого.

Но пока идёт состязание, приходится терпеть.

Не решать ничего с Давидом, позволить ласкать девушку. Слушать её стоны, направленные на двоих. Удивляться тому, насколько открытой и жаждущей может быть Анна. Краснеть, кусать губы и толкаться бедрами навстречу пальцам. Самой брать больше, чтобы получить разрядку.

Удивительная. Ещё сильнее привязывает к себе, тянет. У неё был шанс жить нормально, я бы не трогал. Не собирался лезть, у каждого своя жизнь. Анне точно не нужно было моё внимание.