А так… На репетициях всё было прилично, никто не заикался. И… Я вне этой темы, Давид, понимаете? Я не знала даже, что такое бывает. Пожалуйста, можно я поеду домой?

– Сначала мы сходим в мой кабинет, куколка.

– Зачем? Вы опять будете… Приставать?

– Не буду. Не здесь же обсуждать такие вопросы."

"Киваю, понимая, что мужчина прав. Мы в медблоке, докторша в любой момент вернётся. Но страх понемногу уступает, когда Давид сжимает мою ладонь.

Он не злится на меня, не кричит. И не тянет в спальню, чтобы я никуда не делась. Неужели я сама всё надумала? Просто переволновалась, а решение проблемы было куда ближе.

Просто рассказать всё ответственному и он поможет. Да, поможет. Облегченно выдыхаю, стараясь не опираться на ногу. Она почти и не болит, едва тянет мышцы. Но это скорее из-за каблуков, которые я не привыкла носить.

С опаской посматриваю на Давида, жду от него нападения. От него такая энергетика идёт, что меня сметает просто. Его парфюм – древесный, тяжелый – заполняет лёгкие.

Радуюсь, что мужчина не смотрит на меня и не говорит о том, что произошло в кабинете врача. Подумать только, я его ударила. Из-за грубых слов, хотя никто не лезла в драку.

А до этого…

Кожа полыхает от воспоминаний, как грубо и жадно меня целовали. Выжимая все сто, не давая шансов на ответ или протест. Первобытно как-то, дико.

И хорошо.

У меня кожу покалывает, низ живота напрягается. Ещё никогда такого не чувствовала и… Вру, потому что когда Алан сегодня касался… Ох, навернякак что-то подмешали в шампанское.

Точно!

Чтобы не могла сопротивляться и думать. Чтобы кожа горела от чужих касаний, покалывала. И мысли путались, подталкивая навстречу мужчине. Его крепким рукам, жгучим поцелуям…

– Садись, куколка, - Давид подталкивает меня к креслу, сам усаживается за стол.

– У тебя нога болит, не стоит её напрягать.

– Да. Конечно. Так что, вы меня отпустите?

– Я же не работорговец, Анют. У нас тут всё добровольно и честно. От тебя нужна маленькая формальность.

– Какая?

– Поставь свою подпись здесь, - протягивает мне сложенный лист бумаги, исписанный мужским почерком. – И сможешь уехать.

– Зачем вам моя подпись?

– Это черновик, использовать не смогу, считай, хочу твой автограф на память.

Звучит глупо и нереально.

Но кто знает, какие тараканы бегают внутри Давида? Лучше сразу согласиться и бежать, пока мужчина не передумал. Поэтому сжимаю ручку дрожащей ладонью, тяну к себе лист бумаги.

От волнения оставляю целых две подписи: как в паспорте и обычную, какой пользуюсь в жизни. После начинаю переживать, что Давид с ней сделает. А вдруг наймёт человека, тот подделает мой почерк и…

– Отлично, куколка. На шаг ближе к дому. Ещё проверим пару документов и мой водитель тебя отвезет. За конкурс, правда, ты ничего не получишь.