Видишь? Они не могут быть живыми, лишь дерево и воск, стальные стержни и мешковина, пластик и папье-маше, клей и резиновые шланги и шестерни... разве ты не видишь? Ты что, блядь, не понимаешь?

Она покачала головой, потому что чертовски хорошо знала, что это не так. Может быть, теперь они были грудой обломков. Может быть, они никогда не были ничем, кроме деталей. Но что-то в этом кошмарном городе, расположившемся на границе грёбаного ада, управляло ими. Оно оживляло их, заставляло дышать, заставляло их ходить и делать всё что ему угодно. Возможно, оно не наделяло их душой, но пробуждало что-то внутри них... что-то невероятно злое. Она видела, как оно пряталось в темноте их глаз, безымянная чёрная движущая сила.

Так что, может быть, сейчас они и были всего лишь частями тела, но это могло измениться в мгновение ока. Машина тоже была всего лишь грудой железа, пока кто-нибудь не садился за руль и не заводил её.

Стараясь не заплакать, стараясь не поддаться безумию, её трясло до тех пор, пока не она упала на задницу, тяжело дыша и всхлипывая. Её лицо было исцарапано, руки искусаны, рубашка разорвана острыми маленькими пальцами.

Они были реальны и в то же время нет.

Немного успокоившись, она села, пытаясь придумать как добраться до безопасного места. Но её разум и тело были совершенно не синхронизированы.

- Просто возьми себя в руки, - сказала она себе очень успокаивающим и почти материнским голосом.

Рамона так и сделала. Она поднялась на ноги, и голова у неё не закружилась. Встревожена, да, но уже переборола бешеный страх внутри себя. Она напрягла мышцы и постаралась избавиться от боли в шее. Она была готова. Боже, да, она была готова, как никогда.

И это было хорошо.

Потому что кукольные части начали двигаться.

16

Цок-цок, цок-цок, цок-цок.

Чазз увидел силуэт огромной твари с множеством ног.

Но, конечно, это был не паук.

В Стоксе было много ужасов, но гигантских паукообразных среди них не было. В лунном свете, заливавшем лестницу, он видел ноги ... казалось, десятки ног манекенов спускались к нему. На самом деле их было так много, что они не только стояли на ступенях, но и стучали по стенам лестницы, а некоторые даже скользили вниз по перилам.

Вот что он увидел.

Его кровь мгновенно похолодела, а дыхание скрежетало в горле. Пот выступил у него на лице, и он испытал совершенно безумное желание начать хихикать.

Ноги, ноги, ноги, так чертовски много ног ... они должны быть связаны с чем-то.

Вот чего он боялся больше всего на свете. Это пугало его больше, чем то, что находилось за дверью и рвалось наружу. Все эти ноги ... они всё приближались и приближались, и он ясно видел шаровые шарниры на коленях и что-то выше, какое-то тело, и он не хотел этого видеть.