Она ни за что не призналась бы, что оставила карту у нас в доме. Во-первых, чтобы не подвергать нас опасности. Во-вторых, она не могла не понимать: как только раскроет местонахождение карты, станет не нужна, и преступник ее убьет, как Дарью Степановну. Ее единственный шанс на спасение – сказать ему, что она оставила карту в совсем другом месте, просто тянуть время, пока он это проверяет, и ждать, что мы поднимем тревогу, начнем ее искать и догадаемся, где она."

"– Но мы же не догадались, – сказал Зимин, чувствуя себя тупым. – Или ты хочешь сказать, что знаешь, где твоя тетя?

– Вы тоже знаете. – Глаза у Снежаны сияли. – Она могла увезти его в единственное место в этом городе, которое знает, кроме нашей квартиры.

Нет, он совершенно точно тупой! Зимин смотрел непонимающе, кляня себя за то, что никак не может догадаться.

– Ну, конечно же, – сказала вдруг Ирина Григорьевна, – она может быть только на нашей даче.

– Почему на даче? – спросил Зимин, чувствуя, что голос у него звучит слишком жалобно для здорового мужика и к тому же опытного следователя. – Лапин уже был на вашей даче, перерыл там все и ничего не нашел. Он знает, что сколков там нет.

– Да, но мы приезжали на дачу вместе с тетей наводить там порядок уже после проведенного им шмона. – Снежана так и сказала «шмон», и Зимин заулыбался, как дурак, хотя для веселья не было никаких предпосылок. – Я думаю, нет, я уверена: тетя сказала ему, что сколок на даче. И он увез ее туда, чуть больше суток назад.

– Господи, хоть бы она была еще жива! – взмолилась Ирина Григорьевна.

– Мама, она будет жива до тех пор, пока сколок не окажется у него в руках, – твердо сказала Снежана. – Хотя нам, конечно, стоит поторопиться.

* * *Автомобиль летел по мокрой ноябрьской дороге в сторону «обкомовских дач». Зимин уверенно вел машину, напряженно обдумывая, как даст в морду Лапину в тот же миг, как только его увидит. Он даже подкрепление вызывать не стал, уверенный, что справится с мальчишкой сам. Тридцать два года, менеджер в салоне сотовой связи, отчаянно ненавидящий своего состоятельного отчима за то, что он не позволяет пасынку вести безбедный образ жизни. Эту информацию Зимину уже успели собрать и передать ребята-оперативники. Вот почему у матери и сына разные фамилии.

Человек, узнавший из случайного разговора в такси, что сокровище из семейного предания действительно существует, и готовый на убийство ради денег. Пожалуй, Снежана права: миллиардерша из Швейцарии может стать для него новой надеждой на обогащение, а значит, он точно ее не убьет, пока не получит своего. На девяносто процентов можно было быть уверенным в том, что Татьяна Елисеева-Лейзен до сих пор жива.

– Я так переживаю за Тату, – прошелестела с заднего сиденья Ирина Григорьевна.