– Но, как я обещала, мы сделаем все, что сможем. Что я говорила об окончании школы с низкими оценками? Этого не будет. Может, по математике и научным дисциплинам – это мне не подвластно. Но все равно ты будешь лучшей среди новичков. Это уж моя забота.

– Хорошо, – сказала я, прекрасно понимая, какой уступкой это было с ее стороны. – Спасибо вам.

Только я вышла за порог, как она окликнула меня.

– Роза!

Я придержала дверь и оглянулась.

– Да?

У Альберты было такое лицо… мягкое или, может, нежное; никогда не видела ее такой прежде.

– Прости, – сказала она. – Прости за все, что произошло. Никто из нас тут ничего не мог поделать.

Я прочла в ее взгляде, что она знает о Дмитрии и обо мне. Вот только откуда? Может, услышала что-то после атаки, может, догадалась еще раньше. Как бы то ни было, в ее лице не было осуждения, только искренняя печаль и сочувствие. Я коротко кивнула в знак признательности и вышла.

Кристиана я нашла на следующий день, но наш разговор продлился недолго. Он опаздывал на встречу со своими учениками. Однако он обнял меня и, казалось, искренне обрадовался моему возвращению. Это показывает, как далеко мы продвинулись, учитывая антагонизм, возникший между нами в начале знакомства.

– Наконец-то, – сказал он. – Лисса и Адриан больше всех беспокоились о тебе, но не только. И кому-то нужно ставить Адриана на место, знаешь ли. Я не могу заниматься этим все время.

– Спасибо. Сама поражаюсь, говоря такое, но я тоже скучала по тебе. В России с точки зрения сарказма тебе нет равных. – Я посерьезнела. – Раз уж ты упомянул Лиссу…

– Нет, нет. – Он в знак протеста вскинул руку, лицо окаменело. – Я так и знал, что ты об этом заговоришь.

– Кристиан! Она любит тебя. Ты же понимаешь – то, что произошло, не ее вина…

– Понимаю, – прервал он меня. – Но понимание не избавляет от боли. Роза, я знаю, такова твоя природа – вмешиваться и говорить о том, о чем никто другой не решается заговорить, но, пожалуйста… не на этот раз. Мне требуется время, чтобы разобраться.

Пришлось проглотить все, что было у меня на уме. В нашем вчерашнем разговоре Лисса рассказывала, как сильно сожалеет о своей ссоре с Кристианом, – наверно, за это она больше всего ненавидела Эйвери. Лисса постоянно испытывала желание подойти к нему и помириться, но он упорно держался на расстоянии. И да, он был прав. Мне не следует вмешиваться – пока. Однако рано или поздно я должна помирить их.

Я решила уважить его желания и просто кивнула.

– Хорошо. На данный момент.

Мои последние слова заставили его криво улыбнуться.

– Спасибо. Послушай, мне нужно идти. Если когда-нибудь возникнет желание показать моим ребяткам, как можно надрать противнику задницу старомодным способом, заглядывай. Джил хлопнется в обморок, снова увидев тебя.