Остатки страха смерти или превращения в стригоя все еще жили во мне, но стали меньше, ведь непосредственная опасность мне не угрожала. Чувствуя себя более уравновешенной, я изо всех сил пыталась снова воздвигнуть защитные барьеры, чтобы отогнать прочь «гостей».

– Уходите, уходите, уходите… – шептала я, плотно зажмурившись.

Все равно что попытаться сдвинуть гору или вырвать с корнем столетнее дерево. Марк не зря предупреждал меня об опасности. Мертвые – могущественные союзники, но стоило их призвать, потом от них не отделаешься. Как говорил Марк? Застывшие на грани тьмы и безумия, не должны подвергать себя такому риску.

– Уходите! – закричала я со всей возможной настойчивостью.

Один за другим окружающие меня фантомы начали исчезать. Мир перестал вращаться. Вот только, глянув вниз, я увидела, что призраки покидают и Дмитрия – чего и следовало ожидать. Он продолжил свой путь.

– Проклятье…

Слово дня (или, точнее, ночи) для меня.

Дмитрий устремился вверх по склону в тот момент, когда я сумела встать на ноги. И снова он двигался медленнее обычного – но достаточно быстро. Я попятилась, не спуская с него взгляда. Избавление от призраков прибавило мне сил, но на бегство их не хватало. Итак, Дмитрий побеждал.

– Еще один эффект того, что ты «поцелованная тьмой»? – спросил он, ступив на мост.

– Да. – Я сглотнула. – Стригоям не нравится отгонять призраков.

– И тебе, кажется, тоже.

Я отступила на шаг. Что делать? Как только я повернусь и побегу, он схватит меня.

– Теперь я сделала достаточно, чтобы отбить у тебя желание обращать меня? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более жизнерадостно.

Он одарил меня кривой улыбкой.

– Нет. Твои способности как «поцелованной тьмой» могут быть очень полезны… Жаль, что ты утратишь их, когда пробудишься.

Итак, он по-прежнему не отказался от своей идеи. Как бы сильно я ни разозлила его, он все еще хотел, чтобы я была рядом целую вечность.

– Тебе не удастся пробудить меня, – заявила я.

– Роза, у тебя нет выхода…

– Нет.

Я уселась на перила моста, свесив одну ногу. Он замер.

– Что ты делаешь?

– Я же объясняла тебе. Лучше умереть, чем стать стригоем. Я не хочу быть такой, как ты и остальные. Я не хочу этого. И ты тоже когда-то не хотел.

Ночной ветер холодил лицо и высушивал следы слез на щеках."

"Я перекинула через перила вторую ногу и посмотрела вниз, на ревущий поток воды. Высота с двухэтажный дом. Я сильно ударюсь при падении в воду, и, если даже переживу его, у меня не хватит сил доплыть до берега поперек течения. Глядя вниз и размышляя о своей смерти, я вспомнила, как мы с Дмитрием сидели на заднем сиденье внедорожника и обсуждали эту самую тему.

Тогда мы впервые сидели рядом, и тела наши соприкасались, вызывая восхитительное ощущение тепла.