– Браслет, как мы вернемся обратно, когда я найду Настю и, предположим, расколдую ее? – спросил Ярослав, ежась от сумеречного холода, но упрямо продолжая идти за девушкой в цветочном одеянии.

– Я дам тебе кое-что, что поможет вернуть вас обратно, – ответила Браслет беспечно.

– Магический пинок? – усмехнулся Ярослав. Хоть он и шутил, полагая, что делает это остроумно и даже в некоторой степени изящно, страх не отступал.

Браслет лишь улыбнулась, но промолчала.

– А ты бы не хотела иметь нормальное имя? – не отставал Яр. Когда их голоса разбивали зловещую лесную тишину, делалось не так страшно.

– А чем мое имя ненормальное? – с недоумением спросила девушка.

– Даже не знаю… Это как если бы меня звали просто Человек, – усмехнулся Яр, и вновь ему показалось, что он видит чьи-то алые глаза в тумане. Сердце заколотилось быстрее, но парень сильнее сжал кулаки и шел дальше.

– И как бы ты меня назвал? – спросила девушка с любопытством.

– Евгения, – изрек Ярослав.

– Почему Евгения? – не поняла Браслет, которая ждала потока старинных славянских имен, а получила имя вполне себе современное, да еще и греческого происхождения.

– Не знаю, ты похожа на Евгению.

– Объясни логически.

– Понятно, кто твоя хозяйка, даже неудивительно, – проворчал себе под нос Яр. – Понимаешь ли, дорогая Браслет, логика – это, безусловно, важно, но есть и другая сторона мышления – интуитивная. И я назвал тебя Евгенией, потому что…

– Тихо, – прижала вдруг палец к губам девушка. Яр замолчал на полуслове и тоже прислушался. И к своему ужасу услышал далекий стук копыт.

– Что это? – прошептал он, чувствуя, как страх сжимает горло. Кто гонится за ними? Всадники на конях? Тогда они быстро нагонят их.

Вместо ответа Браслет остановилась, вынула откуда-то гребень, украшенный розой, и вдела в волосы. А после взяла Ярослава за руку.

– Гребень делает хозяина невидимым. И того, кого он касается – тоже, – пояснила девушка.

– Да? – потрясенно спросил Ярослав – он не заметил, чтобы их с Браслетом тела растворились в воздухе. Они все так же стояли на узкой тропинке, и он отлично видел и себя, и ее.

– Мы видим друг друга, а другие – нет. Таково волшебство этой вещички, – ответила девушка, и Яр почему-то успокоился, услышав в ее голосе уверенность и даже пренебрежение. Они отошли на самый край тропинки – ветки озлобленно тыкали их в спины и явно хотели вытолкнуть на середину, но у них ничего не получалось."

"Стук копыт нарастал все сильнее. К нему присоединился еще один странный звук – странные высокие повизгивания, злые вопли и хрюканье. Что, вернее, кто это был, Ярослав не знал, но отчего-то ему стало не только страшно, но и противно.