– Ну пап, – я скорчила лукавую рожицу, – ведь все закончилось хорошо? Ты – здесь, Николя (я перевела взгляд на брата, он выглядел намного лучше, чем тогда, когда я его видела в последний раз) не пьет, Роза собирается замуж… Что бы стало с замком, заводом, со всеми нами, если бы ты пропал на год?

Я ласково прижалась к его груди, мурлыча, как котенок.

– Бель, Бель, – вздохнул отец, – егоза… Ладно. Прощаю.

Я захлопала в ладоши и поцеловала его в щеку. Я была так рада и счастлива оказаться с семьей, что забыла обо всем на свете. Озорничала, шутила, смеялась, наслаждаясь близостью родных людей.

И как я могла так долго обходиться без их любви и поддержки?

– Ну вот и славно, – потер руки папа, – завтра напишу господину Витору. Пусть засылает сватов.

– Каких сватов? – тут же напряглась я.

– Бель, только не начинай опять, – нахмурился отец. – Ты и так пропала на полгода, я уже замаялся писать письма о том, что ты еще молода и пока не готова к замужеству. Старший сын Витора Раймонд до сих пор хочет взять тебя в жены. И я дал согласие.

– Папа, – у меня задрожали губы, – я не могу… Я пообещала Аскару вернуться.

Ведь по договору еще полгода осталось.

– Ты сама говорила, что твой маг – самый добрый и великодушный на свете. Он тебя простит, – папа не хотел ничего слушать.

– Но я обещала, – я поднялась с его колен и отошла от стола, – я не могу обмануть Аскара. И не хочу замуж за какого-то незнакомого Витора. Что это за жених, который даже ни разу не видел невесту? Ему все равно, каков мой характер, предпочтения, наклонности? Он даже своего портрета не прислал!

– Хватит, Бель! – я вздрогнула от грозного окрика. – Он – уважаемый человек, маг! А тебе почти восемнадцать.

Все девушки в твоем возрасте давно замужем. Господин Витор дает за тебя богатое месторождение руды на севере. Я построю еще один завод…

Счастье, только что плескавшееся внутри, в сердце, вдруг превратилось в холодную глыбу.

– Прости, папа, – я отошла еще дальше, – но я не могу подвести своего друга. Я телепортируюсь к нему.

И, не обращая внимания на крик отца «Стой!», я повернула кольцо. И ничего… Я крутила его бесконечно и вправо, и влево, но оставалась там же, где и стояла – в папиной гостиной.

Я была так ошарашена, что даже не заметила, как ко мне подбежал отец, стянул с пальца кольцо и повел под руку по коридору. В голове билась одна мысль: «Он меня обманул. Он не захотел, чтобы я вернулась». Я едва переставляла ноги, в груди появилась острая боль. Она росла, ширилась, охватывала все тело и, наконец, поглотила меня целиком.

****

Проснулась я в своей старой комнате в башне. Но лучше бы не просыпалась, так как память сразу же услужливо напомнила мне все, что произошло вчера вечером.