Не вспоминать его поцелуи, его руки на моем теле, его движения во мне… Ласку его пальцев в моих волосах, запах его кожи после секса… Черт, черт, черт!!!

А он нарочно замолчал, словно понимая мое состояние, хотя я ничем, совершенно ничем себя не выдала!

Молчал, смотрел на меня, в черную лаву погружая, топя в ней. Ждал. И я поняла, чего он ждет. Моей инициативы. Моих вопросов. О чем я его спрошу первым делом? Именно так, скорее всего, он ведет себя на переговорах. Молчит, смотрит… И ждет. Изучает противника. И противник не выдерживает напора его бешеных глаз, выдает себя, взволновавшись. И невольно проявляя свой интерес. Свое слабое место. И дальше его уже можно крутить. И переть напролом. И догонять и дотаптывать.

Но не выйдет со мной, Паша! Не выйдет!

Я, опустив ладони на колени, сидела и ждала, когда ему надоест на меня смотреть. И когда он, наконец, начнет говорить.

И добилась своей маленькой победы. Паша удивленно моргнул, и продолжил:

— Полина, я хочу предложить тебе вариант сотрудничества.

Да, новое определение служебному сексу. Сотрудничество. Красиво. И не пошло совсем…

— Я думаю, что Ба… Сергей Витальевич обойдется без личного помощника, слишком ему жирно будет, сс… Кхм! Так вот. У меня открыта вакансия специалиста по связам с общественностью. Я думаю, она тебе больше подойдет. Перспективы, знаешь ли… И зарплата другая совсем. С завтрашнего дня можешь приступать. Или даже с сегодняшего.

Я минуту помолчала, переваривая сказанное.

Его беспросветный цинизм и наглость. Специалист, значит, по связям… По одной, очень даже конкретной связи. Решил по-другому вопрос решить? Понимает, что я рядом с ним долго не продержусь на расстоянии? Сама прыгну в его руки? Как недавно в машине? Если не получается по-простому вывезти, силой загнав меня под себя, то можно и по более расширенному пути двинуться. А итог-то один.

— Я могу отказаться? — тихо и твердо спросила я, не поднимая взгляда.

— Да.

И почему это прозвучало как ""попробуй только""?

— Тогда я отказываюсь."

"Вот. Попробовала. Пошел ты, нах*р, Носорог, со своими предложениями.

Я наконец-то подняла на него взгляд, стараясь, чтоб мой посыл дошел до него в полном объеме. И он, судя по чуть дрогнувшим ноздрям, дошел.

— Чего ты, бл*, хочешь? А? — низкий рык прозвучал диссонансом с его прежним спокойным деловым тоном. Жутким таким диссонансом. И сразу же стало очевидным, что Паша сдерживался из последних, вот самых распоследних сил. И, судя по тону, кончилось его терпение. Совсем. И сейчас меня носорожьей тушей снесет с пути. И ладно, если еще без травм.

— Я хочу спокойно работать. Там, где я хочу. И жить. Так, как я хочу. Без оглядки на кого-либо.

Я говорила это все и удивлялась, откуда вдруг голос — то прорезался? Обычно я только пищу рядом с ним, и это, наверно, дико заводит.