Олег Савенко выпорол своего великовозрастного сына, а мы ограничились внушением. Раиса Тимофеевна выходила вечерами к лавочкам в кустах, где подростки кучковались, и стыдила их:

– Вы ж мне все – как родные! С пеленок вас помню. Ты, Петя, до пяти лет пустышку сосал, потому что нервный. Ты, Ваня, такой золотушный был, что неопытная докторша ветрянку поставила. У тебя, Галочка, с детства чудные волосики – беленькие, кудрявые. И зачем под рыжую лисицу выкрасилась? А ты, Миша, никак не хотел на горшок проситься…

Умилительные подробности, которые ласкают слух в семейной беседе, заставляли подростков краснеть и служили материалом для взаимных насмешек. Кончилось тем, что под покровом ночи (как и рисовали) дети отмыли дверь Раисы Тимофеевны. Надо отдать ей должное: граффити на собственных дверях она восприняла как детскую шалость, а обработку двери растворителем краски как благородный поступок прекрасных деток.

– Степан из восемнадцатой квартиры бандит бандитом, а дочь на виолончели учится играть.

Раиса Тимофеевна сидит на моей кухне, пьет чай и рассказывает о новеньком жильце.

– Почему бандит-то?

– Лысый. Не от природы, побрили. Наверное, в милиции.

– Вы не правы, Раиса Тимофеевна. Теперь на лысых мода. Видели в телевизоре Федора Бондарчука? Тоже бреется."

"– Это который Сергея Бондарчука сын? – спрашивает, точно речь идет о соседе по лестничной клетке. – Наверное, у мальчика проблемы. Разве его отец по доброй воле подстригся бы под ноль?

– Если бы для роли, то подстригся.

– Думаешь, у Феденьки роль тяжелая? Вот у Кати из квартиры двадцать пять тоже тяжелая роль. С одной стороны, Катя – невестка, а с другой – свекровь. Меж двух огней. Катина свекровь – в маразме, с придурью, а невестка – с гонором: вы, говорит Кате, некультурная женщина, потому что, когда чихают, «Будьте здоровы!» произносите. А надо тому, кто чихнул, извиниться перед присутствующими, а им сделать вид, что чиха не заметили. Это где ж такую культуру вывели? Катя, добрая душа, теперь и чихнуть боится, чтобы отношений не испортить.

Мы проговорили с Раисой Тимофеевной еще полчаса, прошлись по всем квартирам. Я похвасталась: сын областную олимпиаду программистов выиграл. Теперь о Колиных успехах пойдет молва. Мне приятно.

Раиса Тимофеевна достала свой гроссбух.

– На что собираем?

– Новенькие, квартира девять. Он, Федор, в милиции работает. Тут нам повезло, как ты считаешь? Всегда хорошо из органов в соседстве иметь.

Я не могла не согласиться.

– Она, Настя, в музыкальной школе преподает. Ой! Надо подсказать, чтоб за бандитовой виолончелисткой присмотрела. Правильно? Когда из школы привести, ведь по дороге и вообще. Сыночку шесть лет, в этом году в первый класс. Федор и Настя все деньги в квартиру вбухали, в долги влезли. Мебели – пшик.