- Сначала к местам отлёта! – решил я. – Дел там на десять минут!

Ну это я оптимистом был, конечно… За десять минут, осторожно ступая, иногда проваливаясь, мы добрались до первой, самой дальней от нас (и ближней к Роману и Тузу) капсуле. Со стороны главного гопника тоже кто-то уже продирался в эту сторону...

Картина была похожа на ту, что мы недавно видели. На земле, припорошенный снегом, лежал труп женщины. Рядом – аж пять пищевых пайков. И ещё бутылки с замёрзшей водой. Одна – почти пустая. Я только головой покачал… Она не ела, почти не пила. Просто сидела и ждала чего-то…

Почему?!

Вопрос без ответа.

Перед смертью девушка легла в позу эмбриона, подтянув ноги к груди. А потом, видимо, замёрзла. Одежда, как всегда, пропала, а капсула выгрузила труп и вещи. И отчалила восвояси.

- Грустно. И глупо! – заметил Трибэ, стоя рядом со мной. – Кто мешал ей выйти?

- Да чтобы знать… – покачал я головой, тоже не понимая."

"Впрочем, скорее всего, проблема была в том, что она – современная женщина. Изнеженная, привыкшая к комфорту и удобствам. Мало ли таких девчонок ходило по улицам современной мне Москвы? Может, просто впала в депрессию, а может, ждала каких-нибудь спасателей, придуманных на почве нервного срыва.

..

Мы с Трибэ собрали воду и пайки. А затем взяли из моей капсулы побеги вьюна и отправились назад. Труп тащили волоком, крепко держась за верёвку. Лежащее холодное тело в снег почти не проваливалось. Так что управились мы в итоге минут за десять.

Потом сходили к следующей капсуле. Картина была почти такая же. Вот только пайков было два, а бутылки оказались почти пусты. И оттого видеть труп было ещё обиднее. Эта женщина вышла бы, как только закончилась еда и вода. Более того, она явно готовилась.

Даже соорудила себе шлёпки типа моих – из покоцанных упаковок от пайков. Кстати, пустые упаковки, которые не пошли на поделки, мы почему-то не находили. И это было, как минимум, странно.

В любом случае, вторую девушку мы тоже дотащили до костра. Там и оставили до похорон.

Однако самое удивительное обнаружилось возле третьей капсулы… Там не было пищевых пайков, не было воды. Там не было даже тела… То есть, её обитательница вышла из капсулы и ушла в буран неизвестно куда?

- Чёт мне не по себе от такого… – поёжившись, признался Борис.

- Да ну нафиг, мне тоже! – признался я. – Пошли к костру! Возьму твои снегоступы и пойду к нашим.

- Ага…

Мы развернулись и припустили назад с такой скоростью, будто за нами гнались какие-то местные хищники. Ну или, на худой конец, привидения, причём громыхающие не цепями, а шлёпками из лотков.

На группу Сочинца я вышел через пять минут. Всё-таки практика – это великая вещь. По снегу я ходил всё более и более уверенно.

- Эй! Копатели снега! Как у вас дела? – спросил я, склонившись вниз над проходом.

- Сука!..