- Это можно устроить, - кивнул торговец. – В трюме моего корабля есть место, скрытое от посторонних глаз, где можно испробовать мои мечи на рубку, укол и рез. Я привез их сюда с полдюжины, так что будет из чего выбрать.

Ланселот, услышав мои слова, вернулся и покачал головой.

- Хозяйка, двадцать солидов это непомерная сумма.

- Безопасность общины стоит намного дороже, - отрезала я. – А твой меч старый, и уже весь в зазубринах. Я не раз видела, как ты пытаешься править его об камни, но старику никогда не стать молодым сколько он не брил бы свою седую бороду.

Ланселот похмурился, поиграл желваками, и произнес:

- Что ж, хозяйка, твоя правда, мой меч давно нуждается в замене.

- Я приглашаю вас всех троих в трюм, - улыбнулся торговец. – Сами посмотрите на что способно моё оружие.

- Не нравится мне всё это, - тихонько проговорил мне на ухо Винс. – Да и двадцать солидов это просто сумасшедшие деньги.

- Ты ничего не говорил, когда я покупала на рынке топор, который замечательно лег тебе в руку, а он тоже стоил недешево, - хитро улыбнулась я.

Винс возмущенно фыркнул в бороду, но потом усмехнулся:

- Как там тебя назвал Толстый Джек? Королева побережья? Что ж, спорить с решениями повелительницы себе дороже.

- Да ладно тебе, - пихнула я пожилого воина кулачком в бок. – Подкалывать будешь Ланселота, когда он от радости новым мечом примется рубить каждую железяку, что попадется ему на пути.

...Трюм торгового корабля пах сыростью и ржавчиной, намертво въевшейся в дерево. Видимо, на этом судне перевезли немало железа – как качественного, так и не очень.

А еще там было темно.

- Проходите вперед, - проговорил шедший сзади нас франкский кузнец, зажигая сальную свечу. – Мечи там, выбирайте какой приглянется.

Ланселот шагнул в темноту – и внезапно взмыл в воздух! В неверном свете свечи я успела заметить, что его нога попала в петлю-ловушку, которых на полу было разложено несколько.

А потом к нам с Винсом из темноты метнулись две тени, и под бороду пожилого воина уткнулись одновременно клинок меча и длинный кинжал.

- Пошевелишься – зарежу, - прошипел из темноты голос, говоривший на староанглийском еще хуже, чем франкский кузнец.

"- Что ж, милая леди, - с улыбкой проговорил хозяин корабля. – Если вы все хотите выйти отсюда живыми, тебе придется отдать мне свой кошель с монетами. Ты же знаешь, госпожа, что торговля рыцарским оружием среди простого народа незаконна. Если ты попытаешься обвинить меня в грабеже, я скажу, что ты хотела купить у меня мечи, запрещенные к свободному обороту. Так что для нас всех будет лучше, если...