Но ты тут один настоящий воин, у которого годы отняли былую силу и сноровку. Остальные же простые крестьяне, сведущие в мотыгах и пахоте, но ничего не смыслящие в копьях и славной битве. Не заставляй меня и моих ребят перебить всех жителей этой деревни и целиком, без остатка забрать то, что вам удалось добыть.

Но тут случилось то, чего Ланселот не ожидал.

Забитые, истощенные, замученные голодом и несправедливостью люди внезапно распрямили натруженные спины, и я увидела, с какой силой их руки сжимают ножи, которыми они разделывали рыбу. А еще я рассмотрела в глазах жителей деревни очень нехороший огонь, с которым доведенные до отчаяния люди вполне способны голыми руками разорвать тех, кто пытается отнять у них надежду на лучшую жизнь.

Женщины, занимавшиеся кострами, поднимались с коленей, вытаскивая из огня горящие сучья. Старики с седыми бородами до пояса поудобнее перехватывали свои палки, явно готовясь пустить их в ход. Даже оборванные, грязные дети, оскалившись, словно хищные зверьки, начали поднимать с земли камни, готовясь с ними броситься на обидчиков...

Жители деревни начали медленно надвигаться на разбойников, и Ланселот, не ожидавший такого, невольно попятился, поудобнее перехватывая меч.

Он не испугался, нет. Просто, оценив обстановку, сейчас перед битвой выбирал место поудобнее – и пока было непонятно кто одержит верх в том бою. Разбойников было около двух десятков, жителей деревни, включая женщин и детей, примерно втрое больше. Но люди Ланселота были лучше вооружены, и, начнись битва, думаю, трупов было бы предостаточно и с той, и с другой стороны.

И, разумеется, допустить этого я не могла.

Глава 13

- Стойте! – звонко крикнула я.

И вышла вперед, едва не коснувшись животом острия меча, который Ланселот держал перед собой, готовясь нанести первый удар.

- Ну что, рыцарь? – громко произнесла я. – Твой кодекс чести позволит тебе убить безоружную девушку?"

"На лице Ланселота промелькнула тень досады.

- Отойдите, леди Элейн, - поморщился он. – Мои люди хотят есть, и я не позволю им умереть от голода.

- А никому не придется умирать, если мы сможем договориться, - возразила я. – Мои люди тоже голодны, и, как видишь, готовы отдать свои жизни ради того, чтобы у них не отняли последнее.

- Предложение? – удивился Ланселот, немного опуская меч. – О чем вы, леди Элейн?

- О том, что пройдет лето, наступит дождливая осень, а за ней холодная зима, которая унесет много жизней твоих людей. Так может вам лучше присоединиться к нам, и вместе пережить и грядущую зиму, и последующие тоже?

Ланселот усмехнулся.

- Ну уж нет. Ни на какие блага этого мира мы не променяем свою свободу.