Когда я свернула направо и полезла на скалы, о которые яростно бились волны, словно пытаясь разрушить вековые камни, Винс конечно же подал голос:

- Осторожнее, госпожа! Это плохое место, которое забрало много жизней. Одних бешеная вода смыла, у других камень под ногой подвернулся, и они рухнули в океан на радость акулам.

Но я не собиралась лезть высоко. Морщась от водяных брызг, летящих мне в лицо, я довольно быстро нашла то, что искала.

А именно – серовато-белые узоры, застывшие в естественных углублениях камней.

Годами и десятилетиями океанская вода скапливалась в них, испарялась, оставляя морскую соль на дне углублений, и этот цикл повторялся снова и снова.

В результате соль, лежащая в каменных пригоршнях тут и там, была рассыпана по скалам во множестве – и я не преминула набрать в подол платья примерно с полкило этих даров природы, после чего спустилась обратно, разумеется, удивив своего спутника в очередной раз.

- Зачем вам эти горькие камни, госпожа? – вытаращился он на мою добычу.

- Пойдем обратно, сейчас узнаешь, - загадочно улыбнулась я.

Глава 10

Когда мы с Винсом вернулись, деревенские жители уже тушили костры и, дуя на пальцы, доставали из земли куски раскаленной, затвердевшей глины.

Один из самых нетерпеливых, рискуя сжечь кожу на ладонях, разломил такой бесформенный кусок – и в воздухе повис аромат жареного мяса, от которого мой желудок немедленно подал наверх сигнал: хозяйка, а нам такое перепадет? Я бы тоже не против подзаправиться.

- Подождите есть! - крикнула я, проглотив мгновенно выделившуюся слюну. – Давайте сделаем мясо вкуснее!

После чего подняла с земли два плоских камня, благо их вокруг валялось предостаточно, высыпала на один из них несколько кристаллов соли, растерла, подошла к мужику, жадно смотревшему на жарко̀е, посолила.

- Теперь ешь.

Тот не заставил себя долго упрашивать. Впился зубами в мясо, зачавкал, как поросенок...

Все остальные деревенские смотрели не него настороженно. Мол, что это там такое хозяйка крепости с едой проделала? Оно нам точно надо? С учетом, что в те времена люди свято верили в колдовство, их реакция на мои действия была вполне объяснимой.

Мужик же, откусив несколько кусков кабанятины, проглотил их почти не жуя, но всё же нашел в себе силы оторваться от еды и заорать:

- Клянусь своими кишками, я в жизни не ел более вкусного мяса!

И вновь вгрызся в свою порцию, урча словно дикий зверь.

Разумеется, следом ко мне потянулись другие жители деревни, которым я не скупясь подсаливала еду: экономить тут точно было ни к чему – море рядом, и на скалах соляных кристаллов, которые никто никогда не собирал, было предостаточно.

Сама я приступила к еде лишь когда убедилась, что каждому досталась его порция.