Впрочем, насчет последнего, если вам удобнее рассчитаться деньгами, а не скотом…

— Нет-нет, скотом мне удобнее, — торопливо сказала она.

Значит, я правильно предположила: до осени, когда наконец можно будет продать урожай, у всех помещиков не так много свободных денег.

— По два отруба за десятину. И две коровы.

— Три коровы, — все так же мягко возразила я. — А насчет аренды — согласна на два с полтиной при условии выплаты половины суммы сейчас, половины по осени.

— Я бы на твоем месте согласился, Софья, — сказал Северский. Улыбнулся мне. — Как жаль, что из-за болезни вы только сейчас смогли вернуть хозяйство в свои руки. Думаю, подобных недоразумений было бы куда меньше, если бы все соседи видели: земля обихожена как подобает.

— Мне тоже жаль, — кивнула я. — И спасибо за комплимент.

— Это не комплимент, это факт. — Он глянул на сестру, снова на меня. — Примете ли вы мою помощь как поручителя? Я готов поручиться своими деньгами — ровно половиной суммы — за то, что остаток моя сестра выплатит вам в срок.

— Конечно, ваше сиятельство. Если Софья Александровна не возражает.

— Я согласна, — сказала Софья.

— Тогда… Кирилл Аркадьевич, вы лучше нас всех разбираетесь в словесных кружевах. Не соизволите ли зафиксировать все договоренности письменно, а заодно и заверить их как должностное лицо?

— С удовольствием, — согласился Стрельцов.

Я тоже попросила перо и бумагу — набросать записку Марье Алексеевне.

Пока исправник писал и переписывал договор, вернулась княгиня — уже одна.

— Спит, — улыбнулась она. — Нянька за ней присмотрит. Еще раз спасибо вам за подарок.

Стрельцов на миг оторвался от бумаг.

— Когда малышке надоест новая игрушка, просто зашейте ее в куклу. Или что-то подобное.

Княгиня с улыбкой кивнула.

Наконец с письменными формальностями было покончено. Софья встала.

— С вашего позволения, господа. Пойду заберу свое имущество, пока штраф не стал совсем неподъемным. — Она повернулась ко мне. — Вы поедете отобрать штрафных коров или доверите это мне?

— Я доверю это Марье Алексеевне. Она сейчас гостит у меня и, думаю, с радостью согласится уладить дело ко всеобщей пользе.

— Буду рада с ней поболтать. Мы давно не виделись. — Впрочем, по лицу Софьи трудно было сказать, что она действительно рада.

Ничего. Я верила в способность генеральши устроить все так, чтобы никого не обидеть.

Но, кажется, мне теперь понадобится скотница. И пресс: после сегодняшнего дня просить одолжения у Софьи Александровны не стоило. Однако подумать об этом мне придется позже, потому что Стрельцов уже стал вопросительно на меня поглядывать, явно не понимая, чего мы задерживаемся. Я же колебалась, не зная, с чего начать.

— Ваше сиятельство, — решилась я наконец.