– М-м-м, как вкусно, – прокомментировала я.

– Дай мне тоже, – попросил Семен.

– Держи, – я протянула плетенку ему.

– Дай сама, – сказал он.

Я внимательно посмотрела на него. Оторвала кусок плетенки и поднесла к его губам. Он съел его за секунду.

– И кто из нас голодный? – смеялась я, – Ладно в честь отпуска, еще съем.

– Ты на диете, как все сумасшедшие девочки?! – улыбнулся он, – Ты и как все? Не может быть!

– Ну, вообще-то, – еще один кусочек булки отправила ему в рот, – я была на десять килограмм больше.

– Правда?

– Ага. А потом с Наташей решили, что пора это дело прекращать. Не могу сказать, что я на диете, я все равно подъедаю сладкое, мучное, но редко. Ем в основном еду, приготовленную на пару, овощи…Но это не значит, что я не хочу жареной картошечки, или жирного мяса и чтоб хлебом потыкать в сковороду, где оно жарилось! Я просто ограничиваю себя!

– Зачем?!

Я посмотрела на него, как на дурака.

– Ну, как минимум, чтобы носить платья по фигуре, а не плащ-палатки. Чтобы нравиться мужскому полу. Чтоб чувствовать себя уверенно. Что ты глупости то спрашиваешь?

– И почему ты, такая уменьшенная на десять килограмм, до сих пор одна?

– А ты почему весь такой модный, умный и симпатичный один?

Он отвернулся.

– Или не один? – сощурила я глаза, в этот момент я поняла, что ревную. Реально, по-настоящему, по-девчачьи ревную. Что за бред!

– Ну же? – толкнула я его локтем.

– Скажем так, мы недавно расстались.

– С женой?

– С девушкой. Должны были пожениться.

– И?

– И не важно, – он холодно посмотрел на меня, видимо этот взгляд означал «отвали».

– М-м-м. Она что, изменила тебе? – не выдержала я.

– У тебя вообще нет чувства такта. Ты хамка.

– Я знаю, – согласилась я, и замерла в ожидании ответа на вопрос.

– Нет. Не успела. Но собиралась. Застукал ее, скажем так, – наконец ответил он.

– Ну и, конечно, ты скучаешь по ней и до сих пор любишь?

– Не знаю…

– Я знаю. Почему-то когда случаются такие истории, еще долго все страдают и скучают, и думают ка-а-ак та-а-к, я же любила его или ее, все ему или ей давала. И причем чем хуже с тобой поступили, тем больше ты раньше любил этого человека. А вот если б у тебя была та, которая боготворила тебя, то ей изменил бы ты. Или просто не любил бы настолько сильно, как эту.

– С чего такие рассуждения?

– Не знаю. Я так решила и все.

– А у тебя?

– А у меня? А у меня нет таких историй, чтоб по ним снимать сериал для канала Россия. Парни были, а историй нет, как-то так, – я пожала плечами.

– И что, ты хочешь сказать, что никогда не испытывала эмоций, как все девчонки, типа все, это он, без него умру! – он театрально схватился за сердце. А потом за булку и откусил большую ее часть за раз.

– Испытывала, конечно, лет до двадцати пяти, наверное.