Под этим словом понимают всех, кто способен переходить из формы духа в телесную, и наоборот. Однако, это кое-что нам всё-таки даёт.

— И что-же? — поинтересовался я, не совсем понимая, к чему парень клонит.

— Помнишь, как мы призывали кровавую баронессу? — Вернон скрестил руки на груди и выжидающе уставился на меня.

— Ну, допустим…

— Так вот, — продолжил парень, — Как и духа, иномирника можно заставить принять «телесную», если так можно выразиться, форму. Для этого нам понадобиться круг из тех символов, что тогда нарисовал Беррен.

— Ну да, — хмыкнул я, — А ещё соль.

Много грёбаной соли, которая у нас и так на исходе.

— Совсем не обязательно, — возразил лекарь, — Соль лишь призвана удерживать духа в пределах круга. И то, как ты помнишь, баронесса очень быстро разобралась в обстановке и просто сдула её порывом ветра. Нас же интересуют сами символы. Достаточно их просто начертить углём или выскоблить ножом на брёвнах частокола, и каждая тварь, прорвавшаяся во внутренний двор, уже не сможет принять облик духа.

Перед глазами снова выскочила надпись:

Навык «Охотник» достиг 4го уровня. Получено 20 опыта.

До следующего уровня персонажа осталось 35 опыта.

Ну да, логично. Новые знания, это ведь и новый опыт. Странно только, что этот навык у меня не качался, когда мы с этими тварями сражались. Хотя, его рост может быть завязан на непосредственное убийство чудовищ. Или вовсе — на знания о том, как их убивать.

— Хм, — я задумчиво почесал бороду, — Ну, что ж. Похоже у нас меняются приоритеты. Всё-таки защита важнее, чем наше расследование.

— Осади коней, — хмыкнул Вернон, — Ты помнишь, что там были за символы?

Я покачал головой.

— Вот и я не помню, — продолжил парень, — Читал про этот защитный барьер когда-то в одной из книг чародейки, но не запоминал.

Не думал, что когда-то понадобится. Так что варианта у нас ровно два: либо вспоминать, либо искать похожую книгу и выцарапывать знания оттуда."

"— Или поинтересоваться у остальных, не могут ли они нам тут чем-нибудь помочь, — хмыкнул Роберт, — В конце-концов те же рыцари ордена как-то сражаются со всей этой нечистью уже сколько времени.

— Но ведь это же тоже магия, которую они на дух не переносят. Разве нет? — поинтересовался я, мысленно прикидывая, какие ещё тузы могут быть припрятаны в рукавах у этих фанатиков.

— Ну да, магия, — кивнул Вернон, — И что с того? Если так разобраться, то их молитвы и боги, это тоже своего рода форма магии, пусть крайне извращенная. Зато доступная всем, кто не обладает даром.

Мда уж. Лицемерненько получается. Сами используют низшую, обрядовую магию, но при этом всех, у кого есть дар — сжигают на кострах. Впрочем, история то стара как мир. Церковь снова пытается получить монополию на чудо.