- Позволь, я тебя утешу, пока твой братишка развлекается с этой дроу, - горячий язычок змея-искусителя скользнул по моей шее, вызывая дрожь - то ли желания, то ли лёгкого страха.

А пока я раздумывал, Габриэль уже развязал пояс халата и стянул его с меня, на миг выпустив. Я хотел было вырваться из его пылких объятий, но его гибкие руки тут же прижали меня спиной к его разгорячённой груди, а задницей я почувствовал его нешуточное возбуждение, которым он не преминул потереться о мои ягодицы. Пальцы Габриэля скользили по моей груди, то и дело задевая коготками соски, которые уже предательски отвердели и начали побаливать.

Под одеялом становилось нестерпимо жарко, а потому я его нетерпеливо скинул и обернулся к эльфу. Как соблазнительно он выглядел сейчас - полностью обнажённый, с тёмными бусинками сосочков, к которым тут же хотелось прильнуть и целовать до упоения, с гордо стоящим членом, на моё счастье - не слишком крупным, на головке которого чуть поблескивала смазка. Губы мои пересохли от некоторого предвкушения, а возбуждение уже давало о себе знать, а потому своё бельё я тут же отправил на пол, чтобы не натирало член.

- Я смотрю, ты весь горишь, - сладко протянул юноша, тут же прильнув ко мне всем телом, обвивая мою шею руками и, не давая мне ответить, затыкая мой рот поцелуем.

Его немного острый язычок дарил ни с чем не сравнимое удовольствие. Пожалуй, даже Виктор так не целовался со мной! Глухо постанывая в мои губы, Габриэль чуть потёрся членом о мою плоть, тут же вырвав из моей груди глухой стон - столь откровенные ласки были для меня внове, а потому я чувствовал себя немного бревном, которое может только повторять за партнёром, но, похоже, Габриэль был невероятно этим доволен, тут же забирая всю инициативу на себя.

Его тонкие ладони огладили мою талию, затем бедро, слегка царапнув его ногтями, тут же разогнав по моему телу табун дерзких мурашек. Чертовски острое удовольствие!"

"Отдавшись на волю эльфа, я слегка ласкал его в ответ, касаясь там, где хотелось бы, чтобы касались меня самого, пока он медленно опускал свои поцелуи, вызывая у меня дрожь некоторого страха.

С одной стороны я уже понимал, что девушке, как таковой, меня не возбудить, а с другой мне становилось несколько страшно от того, что парень собирается сделать мне минет. Шелковые волосы Габриэля скользили по распалённой коже, заставляя изгибаться навстречу, желая большего. Это небольшое помутнение между нами смягчало границы, скрадывало стыд и неловкости.

Когда его чуть прохладные губы коснулись моей плоти, я не сдержал хриплого стона. Удовольствие было обжигающим и опьяняющим.